Книга Свитки со старого чердака, страница 5 – Анна Гале, Мария Борисова

Да, она понимала, и за это Чих ее ценил особенно.

Ставя кувшин рядом с собой, Триза едва его не выронила. Тихонько выругалась.

— Руки ничего не чувствуют, — объяснила она. — Это я белье сегодня стирала. Мама сказала, уже можно и на речку ходить, а в доме нечего разводить прачечную…

Чих сокрушенно покачал головой. Он не был согласен с таким утверждением, потому что вода в речке, несмотря на смело вступившую в свои права весну, до сих пор оставалась ледяной. Чих, конечно, не лазал в речку — уважающие себя коты так никогда не поступают — но о том, насколько холодна вода, знал. Он вообще знал намного больше, чем Триза могла себе представить. Например, котенок прекрасно видел, что творится у девушки в голове. И увиденное ему иногда не нравилось совершенно, особенно когда мысли девушки обращались к ее так называемым родителям. Триза почему-то многое им прощала, и Чих никак не мог смириться с таким положением вещей.

— На речке я опять видела Хлиста, — бурчала Триза. — Белье после стирки было очень тяжелое, и я попросила соседа, чтобы помог дотащить. Он там на берегу снасти разбирал… А сосед назвал меня рыжей дурой и, сказал, мол, чтобы сама горбатилась. И все, кто там был, засмеялись, представляешь?.. Даже Хлист. Хотя он потом подошел и предложил помощь, как тогда, на рынке. Не переставая при этом подхихикивать! Но я все равно согласилась… Я бы просто не дотащила… Ой, а это что?

В шаге от кучи тряпья, где прятался котенок, Триза заметила несколько разбросанных по полу свитков. С буквами. Вообще барахла на чердаке хватало, оно скапливалось там годами, и ни у кого руки не доходили разобрать. Но наличие свитков было чем-то из ряда вон выходящим: кто их мог раньше читать? Реформа образования, обязавшая всех детей от шести лет осваивать грамоту и элементарный счет в школах, пришлась как раз на детство Тризы. До этого читать могли единицы, сплошь из богатых и знатных семей, к которым ее приемные родители не принадлежали. Ох, сколько упреков слышала от них Триза! И за то, что время на ненужную учебу приходится тратить — а могла бы по дому больше трудиться. И за то, что читать и писать умеет, — к чему эти науки, и без них хорошо прожить можно. Что за польза в грамоте?.. И за то, что в школу при местном храме по пять дней в неделю ходила. Можно подумать, Триза была в этом виновата. Сами же и отправляли. И вообще, все дети там были, не только Триза.

Девушка присела и взяла в руки один из свитков. Старая пожелтевшая бумага пахла пылью. Чернила частично выцвели, и чтобы прочесть что-то нужно было бы приглядываться. Да и читала Триза не так уж хорошо: с буквами она имела дело только в школе. Дома такие вещи считали ненужным, а то и вредным баловством.

— Из простых людей одни только колдуны да ведьмы читают, — ворчала приемная мать. — Люди говорят, они заклинания по ночам по черным книгам учат, свитки колдовские разбирают. А тебе-то все эти буквы к чему?

Жаль, пора спускаться с чердака. Триза слышала голоса родителей во дворе дома. Совсем ни к чему, чтобы ее здесь застали. Чих — умница, он спрячется, но не стоит привлекать внимание к чердаку. Да и поди объясни, что Триза здесь делает с кувшином и почему в миске лежат рыбьи кости. Попробуй докажи, что она тут не колдует… Нет, надо спускаться поскорее.