Книга Рецепты любви и убийства, страница 135 – Салли Эндрю

— Интересно, пройдет ли стрела навылет с такого расстояния? – спросил себя он. – Вы ведь… не худенькая.

Я закрыла глаза, лишь бы не видеть его уродливую улыбку. Представила, как Джесси и Хэтти пьют чай с сухариками. И увидела Канемайера, с его густыми усами и обаятельной улыбкой.

Мне не было страшно.

Раздался громкий треск. Потом что-то глухо упало. Это стрела с треском вонзилась мне в сердце?

Но боли не было. Может, этот треск – раскат грома? Я открыла глаза. Я не увидела торчащей из меня стрелы, но увидела лицо, которое только что представляла. С каштановыми усами. Значит, я умерла.

— Мария, – сказал он, опустившись на колени рядом со мной, – вы целы?

Он положил руку мне на лоб. Дождь уже прекратился, но мое лицо еще было мокрым. Я поднялась и села. Я не умерла! Меня колотила безумная дрожь.

— Мне холодно, – вымолвила я.

У меня так стучали зубы, что, возможно, он меня не услышал, но явно ухватил суть. Он расстегнул рубашку, снял ее и обернул вокруг моих плеч.

— Принеси что-нибудь теплое, – попросил он Пита, и тот побежал к дому.

Ван Вейк лежал на земле в русле реки. Мертво неподвижный. На рубашке расплывалось красное пятно.

— Вы его застрелили, – пролепетала я.

Канемайер помог мне встать. Грудь в каштановых волосах. Он притянул меня к себе и обнял. Я вспомнила, как он держал Анну, когда та дралась. Но я не дралась. От него исходило тепло, как от свежеиспеченного хлеба. Моя кожа впитывала жар его тела, но дрожь не унималась.

— Вас надо согреть, – сказал он.

Он обнял меня за плечи и повел вдоль берега. Я обернулась и посмотрела на Ван Вейка.

— Он посадил меня в большой холодильник, – сказала я. Я все еще дрожала, но, если держать рот чуть приоткрытым, зубы не стучали. – Джесси. Кажется, он ее застрелил. Стрелой из лука. Когда она ехала на скутере. Он сказал…

Мы пошли к дому, к нам подбежали Рехарт и Пит. Пит принес большую шкуру куду, и Канемайер меня в нее завернул.

— Джесси здесь? Вы ее видели? – спросил Рехарт.

В его темных глазах стояла влага, по лицу разлилась бледность.

— Нет. Но я…

В животе у меня заурчало, к горлу подкатила тошнота.

— Что? – спросил Рехарт.

— Она здесь была. Я видела в крови отпечаток ее руки и ее инициалы на полу. В холодильнике полно мертвых животных. Висят туши.

— Где? Вы про что? – не понял Рехарт.

— Под шкурой зебры. Там люк. По лестнице вниз, там большой холодильник.

Рехарт направился к дому.

— Он заперт, – предупредила я.

— Поищи ключи у Ван Вейка, – велел Канемайер Рехарту, и тот побежал к руслу реки.

— Была драка, – заключил Пит. – Вы его ударили? Сковородкой?

Я кивнула.

— Он заставил меня приготовить стейки из филе, а потом сказал… Сказал… Дал понять, что это мясо Джесси. Что мы ели ее. На полу в кухне лежит стейк. И на моей тарелке.

Пит помчался к дому.

— Вам нужно в горячую ванну, – сказал Канемайер, когда мы подошли к крыльцу.

От одного вида этого дома у меня засосало под ложечкой, все внутри застонало.

— Я туда не пойду, – отказалась я.

Рехарт принес связку ключей, и я показала на длинный ключ от двери морозильной камеры. Детектив Канемайер что-то обрывисто скомандовал Питу и Рехарту. Подкрепление, обыски, скорая помощь.

— Я быстро, – крикнул он через плечо и повел меня к полицейскому фургону. – Прапорщик Снаймен, позвоните Харриет Кристи, пусть едет к дому танни Марии. Констебль Вэтбой, найдите следы скутера.