Книга Рецепты любви и убийства, страница 22 – Салли Эндрю

Анна смотрела на грубияна, ее глаза блестели, а нос дергался.

— Она ненавидела тебя, бородавочник хренов, – сказала она. – Влакварк.

Он и правда немного походил на бородавочника: коренастый, с маленькими глазками и жесткими волосами. Большой нос. Коричневая с проседью бороденка. Где я его раньше видела?

— Ах ты, блерри, жирная крыса, – сказал он.

Анна обнажила все зубы, но отнюдь не в улыбке. С крысой у нее не было ничего общего, скорее она напоминала сеноставку – дасси. Мягкий мех, темные глаза. Что, если дасси сейчас вопьется зубами в бородавочника?

— Она была моей, – сказал он.

Теперь я поняла, кто это: Дирк ван Скалквайк, я видела его на фотографиях Джесси.

Полицейская что-то сказала, но я не расслышала – в эту секунду задребезжал кондиционер.

— Она ненавидела тебя, – яростно прошипела Анна.

— Я, блерри, убью тебя, жирная каккерлак^[17]! – заорал он.

Это было просто глупо. Вот уж на тараканиху она вовсе не походила.

— Эй! – окликнул его детектив Канемайер, выходя из кабинета откуда-то сзади. Он уставился на всех нас сверху вниз. Роста он действительно был немалого. – Хватит.

— Давай, бородавочник, – сказала Анна, выпрямляясь и расправляя плечи. – Убей меня, убийца.

— Тебе не отвертеться, – сказал Дирк и вытащил из-под рубашки пистолет.

Я думал, она пнет его ногой или бросится на пол, но она лишь вздернула подбородок. Возможно, была счастлива, что вот-вот присоединится к любимой подруге.

Пит метнулся так быстро, что я едва успела его заметить. Он толкнул руку Дирка вверх, и тут же раздался выстрел. Бум! С потолка посыпались пыль и кусочки штукатурки.

Детектив Канемайер сжал запястье Дирка своей ручищей и отобрал у него пистолет.

— Хватит, – сказал детектив.

Канемайер заломил руку Дирка за спину, и Дирк фыркнул. У обоих волосы были в потолочной пыли.

— Жирная крыса, – пробормотал Дирк, когда его вытолкали из комнаты мимо Анны.

Я покачала головой. Зачем столько грубости? Какая нужда?

На жирную Анна никак не тянула. Слегка упитанная, как любая женщина, которая питается три раза в день. Но жирная! Это явный перебор.

В участок набились люди – посмотреть, что за крики, что за стрельба.

— Привет, танни Элна, – сказала я женщине, работавшей в обувном магазине по соседству.

Маленькая и худенькая, она подпрыгивала как сурикат, чтобы лучше видеть.

— Что тут такое? – спросила она.

— Ты бы назвала ее жирной?

Я кивнула в сторону Анны, которую уводила полицейская. Элна склонила голову набок, поджала губы, потом покачала головой.

— Нет, – сказала она. – Вряд ли…

— Кого-то подстрелили? – спросил мужчина из супермаркета, управляющий.

У него были дурацкие усики, как у мальчика, который напился шоколадного молока. Волосы зачесаны набок, чтобы скрыть залысины.

— Здесь был Дирк ван Скалквайк, – сказала Элна.

Управляющий супермаркета сморщил нос.

Не знаю, откуда Элна узнала о Дирке, только не от меня. Но так уж устроен маленький городок. Иногда еще ничего не случилось, а всем уже все известно. Мне как-то рассказали о смерти пожилой женщины, а она еще не умерла. Но она и правда умерла на следующий день, чтобы не отставать от новостей.

— Я слышала, Мартину ван Скалквайк убили, – сообщила танни де Яхер из библиотеки.

— Кто это? – спросила дама в розовом платье в цветочек.