Книга Его сводная победа, страница 60 – Анна Веммер

— Вы друг другу прозвища даете? А Эля как тебя называет?

— В основном матерно. Вы пришли поговорить о прозвищах?

— Я пришла извиниться за сцену, которую устроила Эля. Это было некрасиво и несправедливо по отношению к тебе.

— Да плевать. Я бы тоже завелся, если бы вдруг объявился братец и получил «Теслу» просто за красивые глазки. Ледышке, небось, приходилось пахать, чтобы получать такие подарки.

Евгения качает головой.

— Дело не в этом, Марк.

Я смотрю на нее, ожидая продолжения. Она вздыхает, как будто собирается с мыслями.

— Эля… она не из-за машины. Она просто боится.

— Боится? Чего? Что я буду гонять по садовым аллейкам и ненароком перееду ее хвост?

— Боится того, чего мы все: потери. Однажды Элина уже потеряла семью, хоть и не помнит этого. Что бы ни говорили все психологи про гибкую детскую психику, многие наши иррациональные страхи родом из детства. Элина очень привязана к отцу. И хоть она умная девочка, но все равно боится, что теперь, когда у Сергея появился родной сын, он станет ее меньше любить. Она переживет это, когда увидит, что все не так, но…

— Что значит – родной сын?

От удивления я даже приподнимаюсь. Сначала показалось, что слух меня подвел, и про «однажды уже потеряла» было лишь неудачной метафорой. Мало ли что у них там случилось, может, тренер сказал, что она недостаточно гениально катается. Но теперь чувствую, как подозрения проникают в самую душу.

Евгения вздыхает. Нервно теребит краешек пледа и смотрит словно сквозь меня.

— Сергей – не родной отец Элины. А я – не ее мама. Эля моя племянница. Когда я была совсем юной, ее родители погибли в автокатастрофе. Мы остались вдвоем. Потом встретили Сергея, и он принял Элю как родную дочь. Да и я ее иначе не воспринимаю. Но все же Элина помнит времена, когда мы жили вдвоем. Наверное, ее чемпионский характер во многом сформировался, потому что она всегда как бы ищет подтверждение того, что достойна любви. Дети обычно получают любовь по умолчанию, по праву рождения. Но те, кто помнит, как было до, порой в глубине души боятся, что все потеряют, если… и дальше тысячи вариантов. Если я не буду чемпионкой. Если я не буду хорошо учиться. Если у папы появится родной сын.

— Но у вас же есть общий ребенок, – напоминаю я. – Тот, который на сборах.

— Да, но для Олежки Эля всегда была старшей сестрой. Возилась с ним, привила любовь к спорту. Он появился уже после того, как Эля стала дочкой Сергея. А ты…

— И я – после.

— Нет, Марк. Не только Элина размышляет о том, как сложилась бы жизнь, узнай Сергей о тебе сразу. Он всегда хотел ребенка. Его первый брак распался как раз потому, что жена не хотела детей категорически. И вопрос, который невольно приходит в голову: а полюбил бы твой отец нас, если бы знал, что у него есть сын? Или на моем месте сейчас сидела бы твоя мама?

— Или отец остался бы вдовцом.

— Только не ври, что не думал, как бы все сложилось, узнай он о вас раньше. С его возможностями.

Я с трудом сглатываю и отворачиваюсь. Думал – не то слово. Думаю каждый раз, когда сталкиваюсь с миром Сереброва. Каждый раз, когда вижу машину, припаркованную у дома. Каждый раз, когда вижу баланс на карте, куда Серебров закидывает на карманные расходы.

Если бы этот мир стал доступен чуть раньше – могло бы все сложиться иначе?