Книга Любовь со вкусом лета, страница 24 – Сильвия Лайм, Камила Соколова, Анна Рыжак, и др.

С самого дна он вытащил потертый брезент, сложенный в несколько раз, стал вынимать камни, собранные по пути. С неба упали первые редкие капли. Одна – прямо на кончик носа Соне. Соня непроизвольно моргнула несколько раз и рассмеялась от неожиданности.

— Надо же… и правда дождь начинается. Да ты синоптик, – с легким восторгом в голосе сказала она.

Капли еще несколько раз гулко хлопнули по камням и песку, и вдруг дождь перестал. На миг стало непривычно тихо, даже ветер будто затаился. Кто-то невидимый наверху словно переводил дыхание.

— Это сейчас… – только и успел сказать Даня, как в тот же миг ливень обрушился на них стеной.

Вода хлынула, загрохотав по камням и глине. Вокруг вмиг потемнело, будто кто-то резко щелкнул небесным выключателем. По земле побежали мутные стремительные ручьи, унося пыль и мелкие камешки. Где-то совсем близко прогремел глухой, раскатистый гром. За считаные секунды Соня промокла до нитки: футболка тут же прилипла к телу, и в голове пронеслась мысль, что наверняка сейчас сквозь светлую ткань просвечивается кружевной бюстгальтер. Но переживать об этом не было времени, нужно было спасать раскоп.

— Соня, брезент! – позвал Даня, стараясь перекричать стихию.

Казалось, он был как пионер – всегда готов – а потому спокоен. Даня развернул край тяжелого полотна и бросил Соне. Под ударами дождя брезент сразу стал будто вдвое тяжелее, норовил выскользнуть из мокрых рук.

— Сюда сначала, со стороны склона! Тут вода пойдет! – скомандовала Соня.

Она сама удивилась тому, как уверенно у нее это вышло. Перед глазами на секунду всплыл другой раскоп, в Подмосковье. Прошлогодняя практика: такой же внезапный ливень, растерянные студенты, злой научрук, орущий чайкой. Тогда в суматохе кто-то уронил брезент, вода уже пошла в раскоп, и Соня, почти не раздумывая, первая бросилась накрывать его с нужной стороны, прижимая ткань всем, чем могла.

Они накинули брезент с подветренной стороны, чтобы поток не подрывал ткань снизу. Пока Соня держала «тент», Даня бросился к ящику за камнями, которые собирал по дороге сюда, и Соня теперь поняла, зачем он это делал: Якубов знал, что будет дождь, а потому заранее позаботился о том, что нужен будет какой-то груз для импровизированной палатки для раскопа.

Даня быстро расставил камни по своей стороне, прижимая брезент к земле. Потом, схватив еще пару крупных булыжников, аккуратно уложил их на стороне Сони, пока она держала угол. Вместе они подгибали края ткани под землю и подсыпали мелкую глину и песок из раскопа, чтобы вода не поддевала брезент и поток не смог проникнуть под него. Камни держали ткань сверху, а земля и натяжение создавали дополнительное сопротивление ветру.

Гром раскатывался по склону и словно заставлял камни слегка дрожать под ногами. В небе вспыхивали молнии, разрезая серую пелену дождя. Когда ткань была наконец надежно закреплена, Даня и Соня отступили на несколько шагов, тяжело переводя дыхание. Дождь ударил в лицо, Соня стала искать взглядом свою толстовку, но тут же поняла, что это бесполезно. Даня крепко схватил ее за руку.

— В нишу! Быстро!

Они рванули к темному входу карстовой ниши и нырнули под каменный свод. Внутри было тихо и сухо, ребята словно попали в маленький оазис посреди бушующей стихии. Влажная одежда прилипала к телу, но крымское лето не давало замерзнуть, и, промокшие до нитки, они даже не дрожали. А снаружи ливень все так же стоял сплошной серой стеной, стирая очертания склона.