Книга Босс. 45 – баба ягодка опять, страница 60 – Арина Арская

— Открывай ротик, самолётик летит, — говорю я Леночке, которая, послушно приоткрыв губы, с аппетитом забирает с вилки очередную порцию сливочных спагетти.

Она счастливо причмокивает, и капелька соуса остаётся у неё на подбородке.

— Мне Ксюша сегодня позвонила, — наконец говорит Паша и прищуривается.

Я перевожу на него удивлённый взгляд.

— Ты же с ней тоже перестал общаться. И на звонки не отвечаешь.

Сын пожимает плечами.

— Ну, чёрт дёрнул ответить. Заподозрил неладное. И оказался прав.

— И в чём именно ты оказался прав? — спрашиваю я и медленно наматываю на вилку очередную порцию спагетти для моего голодного птенчика на коленях.

— Что ты продолжаешь сходить с ума, папа, — Паша отбрасывает от себя салфетку и зло, с нескрываемым раздражением, откидывается на спинку стула. Стул противно скрипит. — Ты теперь ещё, ко всему прочему, ждёшь двойню.

Он криво усмехается, но в этой усмешке нет веселья. Только горечь и усталость.

— Но не от своей молодой невесты. А от какой-то… тётки левой.

Паша делает паузу, вглядываясь в моё лицо, а затем говорит медленно, разделяя слова, будто обращаясь к непонятливому ребёнку:

— Папа. Какого чёрта вообще происходит? Какого чёрта ты устроил?

Он неожиданно подается в мою сторону. Наклоняется через стол ближе.

— Папа, ты хоть сам понимаешь, что у тебя совсем башню сорвало? Может, ты остановишься и подумаешь, что ты творишь со своей жизнью? — на грани сыновьего отчаяния шепчет: — Может, уже хватит? Что нам ещё ждать от тебя?

— У дедули будут детки, — мечтательно заявляет Леночка, когда я подношу к ней намотанные на зубчики вилки спагетти.

Она поднимает на меня свои большие, красивые, серые глаза и улыбается во весь рот, обнажая ровный ряд маленьких молочных зубов.

— Будет целых две детки!

Потом её милое, круглое личико омрачается тенью печали, и она переходит на шёпот, многозначительно кивая в сторону отца:

— Но папа говорит, что ты уже старый для деток.

Она делает паузу, её брови домиком сходятся в умственном усилии, а потом лицо вновь озаряется победной мыслью.

— Ну, если будут детки, значит, не такой уж и старый!

Затем она жадно снимает губами с вилки спагетти, громко причмокивает и продолжает жевать, уже глядя на отца и бубня с набитым ртом:

— Интересно, какие у дедули будут детки? Они будут на меня похожи?

— С набитым ртом не говори, — строго, но с нежностью просит Паша и вновь переводит на меня взгляд.

В его глазах теперь кроме всего прочего мелькает растерянность. Он не знает, как вести этот разговор при дочке.

А я сижу, вытираю довольную, перепачканную соусом моську Лены мягкой бумажной салфеткой и вдруг понимаю одну простую вещь.

Я хочу эту воображаемую двойню получить в реальной жизни.

Вот именно эту двойню, о которой все сейчас паникуют и говорят. Я хочу её. Назло всем. Откуда-то достать, выдумать, материализовать эту двойню, которая так возмущает всех вокруг.

Из мужского упрямства и твердолобости я не стал опровергать слухи, а теперь, из того же самого упрямства и твердолобости, я хочу её действительно получить. “Родить” из неоткуда. Девочку и мальчика, как и сказала Позднякова, чтобы все вокруг окончательно обалдели

Все эти сплетни, весь этот идиотский цирк зашли уже так далеко, что я не могу оказаться без двойни.