Онлайн книга «Родинка на линии судьбы»
|
— Нет бы превратить меня в невидимку. А ещё лучше — в крошечную клетку, — шептала я, — в бесчувственный атом. Песчинку. Камешек. Каплю росы. Что молчишь, сил не хватит? А мне их откуда взять? Чем подпитаться? Одна. Среди сотен несчастных и тем несчастьем озлобленных. Господи, за что? Все мы грешны. Но за свои грехи я готова ответить хоть сейчас. Хочешь, спрыгну? Не выйдет! Мне к Серёжкам своим добраться надо. А их ты, похоже, в рай определил. Придётся ждать. И верить. И я верила. И старалась, несла свой крест. Пока не нашла выход. Пять лет. И три месяца. И семь дней. — Ну вот, хотела немножко написать, а получился целый роман. Вернее, почти глава. Зато на душе как-то легче стало. Будто исповедалась. Или с хорошим собеседником поделилась, — вздохнула Соня, закрывая дневник. — Чем занималась, солнышко? — в комнату заглянула Дора Лазаревна. — Душу облегчить пыталась, — вздохнула гостья. — Дело хорошее. На тебе вон лица нет. Одни глаза светятся. — Хорошее-то хорошее, да несвоевременное. Мне спрятаться надо, пока в Спокойное хозяева мои не нагрянули. — Хозяева? Так мы им напомним, что живём по советским законам. Как следует напомним… — Не стоит. Там и без нас разберутся, — поморщилась Соня. — Им до наших законов, что нам до Марса. Лететь и лететь. Тишинские царьки по своим правилам живут. Деньгами немереными себе дороги прокладывают. И тут проложат, пока наши законники до них доберутся. Спасибо огромное за поддержку, но осложнять вам жизнь я не хочу. — Да как же ты одна? Без документов, без родных. — Поеду домой. Поживу у тётушки или у подруг. Напишу заявление о потере паспорта. Иван Иваныч обещал насчёт восстановления в университете похлопотать. Он же когда-то списался с ректором гродненским. Хвалил меня очень. О заочном обучении договаривался. Даст Бог, получится и с дипломом. А там… Даст Бог, наладится, забудет обо мне муженёк, тогда и к вам вернусь. — Даст Бог… — задумчиво повторила хозяйка. — Как же ты изменилась, девонька. Будто не пять лет прошло, а тридцать… — Целая жизнь мимо меня прошла, Дора Лазаревна, — опустила глаза Соня и поправилась: — Не мимо, а сквозь. Ранила пребольно. И не раз. — Тогда открывай свою тетрадку, лечи свою душу, пока Николаев маршрут тебе прокладывать будет. Без паспорта-то из наших мест просто не выбраться… «Николаев, — грустно усмехнулась Соня, — мой доблестный рыцарь. Жаль, не тот, который покоя не давал когда-то. С самим Алексеем Нилычем соперничал. Благо, не знали о том соперничестве ни один, ни другой». Иван Иванович обещал за пару дней проблему с переездом решить. А о домике Доры Лазаревны Алексей не знал. Выходило, что пара дней отдыха ей достанется. Может, и правда, последовать совету мудрой наставницы и выложить свои переживания на бумагу. А потом убрать куда подальше, не только от глаз, но и от сердца. — И начать жить заново, — прошептала она, раскрывая дневник на новой страничке. Из дневника Сони Залесской Апрель 1986 г. Поначалу было особенно тяжело. Алексей не мог примириться с потерей ребёнка. И моим предательством. Видимо, сильно нарушила я его планы. Врывался в комнату среди ночи. Хватал за грудки, тряс. Больно впивался ногтями в кожу плеч. Допытывался: — Ты сделала это специально?! Специально же. Признайся. Змея! После всего хорошего… |