Онлайн книга «Родинка на линии судьбы»
|
— Можно без подробностей. Я поняла. — Ну, тогда Бог в помощь! Я была готова работать с утра до ночи. Лишь бы не думать ни о чём. Лишь бы не трогали. Похоже, трогать и не собирались. Потому как через две недели после моего появления в лечебнице старый доктор пропал. Поговаривали, что запойного лекаря отправили в шахты, дабы не тратиться на перевозку больных и раненых наёмников. — Можешь считать, что легко отделалась, — подвела итог жизненным перипетиям своей подопечной Кристина. — Теперь больными нашими займись. И роженицами. Уж сделай такую милость! Не то народ вымрет скоро. Тяжело живётся Тиши. Видно, грех на нас большой висит. Всем миром отмолить не можем. Работа поглощала с головой. На чувства и лишние мысли времени не хватало. Тишинцы страдали ревматизмом, бесконечными инфекциями, тяжёлыми простудами. Помимо климатических и бытовых особенностей была обнаружена возмутительная причина иммунодефицита. — Вы только подумайте! — взорвалась как-то я, рассматривая перечень больничных лекарств. — XXI век на носу, а людей вообще не прививали. Ни разу! Ни от одной инфекции. Да ведь это настоящее преступление! Они даже от меня заразиться чем угодно могут! Я же на себе тысячи вирусов привезла. И не одна я. В деревню регулярно приезжают люди. Правда, существует какой-то карантин. Кажется, неделя. Или две. Плюс душ с переодеванием. Но многие вирусы живут гораздо дольше. Господи! Да всех срочно следует прививать! От туберкулёза, дифтерии, столбняка… И чуть было не напоролась на выволочку. Кому нужны революционные инициативы в этой рукотворной глуши? В самую последнюю минуту ноги сами собой повернули от крыльца в сторону утёса. К месту гибели Серёжки. Присела на камень. Долго смотрела вниз. Нет, идти напролом было нельзя. Следовало брать хитростью. И профессионализмом. «Думай, голубушка, думай, — шептали губы. — Ищи пути…» — Тётенька… Я повернулась на голос, намереваясь высказать своё возмущение. И тут же оставила свои намерения. Тщедушное, измазанное с головы до ног существо как-то не вязалось с возмущением. Или, напротив, очень даже вязалось: и какая сволочь довела ребёнка до подобного состояния! — Ты кто? — Не знаю… — малышка пожала худенькими плечиками, вытерла нос обрывками рукава, жалобно шмыгнула носом. — Я есть хочу. Не дадите ли хлебца кусочек? Или яичечко… Это самое «яичечко» сыграло роль последней капли настороженности и сомнения. Я шагнула к девочке, прижала к себе. — Ты ж раздетая почти, а на дворе холод собачий. Скорей в дом! И через несколько минут уже вела её по лестнице главного дома. В свои «апартаменты». По дороге позвала Кристину и велела приготовить чистую одежду и бельё для девочки. — И супчику ей налей немного. — И ведь всякую нечисть в дом тащат, прости господи, — проворчала старая нянька, сурово поджимая губы. И тут же расплылась в улыбке. — Рыбак рыбака… Уж Фиска своего не упустит! Перекрестилась и поспешила на детскую половину. После появления в моей жизни Анфисы в окружающий мир вернулись цвета и оттенки. Девчушка стала моим хвостиком. Часами просиживала у дверей кабинета. Упорно осваивала кушетку в спальне, категорически отказываясь от подготовленной в соседней комнате кровати. — Там пущай болящие отлёживаются, — твердила она, укладываясь на неудобном сиденье, — а мне и здесь хорошо. Буду всегда рядом, вдруг понадоблюсь. Мало ли — воды роженице поднести. Или судно вымыть. Я многое могу, вы не сомневайтесь, и лекарства разнести, и полы помыть, и на кухню сбегать. А ежели что, и спасу… |