Онлайн книга «Родинка на линии судьбы»
|
Дни сплетались друг с другом в недели, месяцы, годы вынужденного смирения. И всё же помог случай: в лечебницу с дальней шахты доставили раненого. Мужчина средних лет. Открытая рана бедра. Тяжёлый перелом со смещением. — Сама не справлюсь, — упёрлась я перед управляющим, средним братом Алексея. — Везите старого доктора в помощь. — Да он там озверел совсем! — Звери ничем не хуже людей, если не лучше. Везите. Операция нужна серьёзная. Или умрёт ваш работник от кровопотери. Хотя к чему такая канитель? Вы тут же замену найдёте. Для вас люди — что кедры в тайге — пока шумят, вы их используете. А перестанут, тут же в печи спалите. — Ладно, — прорычал деверь, недовольный замечанием, — привезём тебе доктора. Только, чур, мужика этого мне на ноги поставить через месяц! Он нам позарез нужен. Такого не заменишь — инженер с Большой земли, ценный кадр. Во взрывах — Бог! На нём весь забой держится, а ты — кедры. Пора бы научиться в людях разбираться. Глядишь, и жизнь свою бабью устроила. Ты ж молодая ещё, гладкая… Запыхтел и потянулся ко мне. Я отскочила в сторону, ухватила с подоконника горшок с цветком: — Эй, полегче, Остап Нилыч, полегче на поворотах! Меня моя бабья жизнь более чем устраивает. Как бы не зашибить незадачливого ухажёра ненароком. А если заскучаю, дам вам знать. — Дура! Жалеть будешь… — зашипел тот, пятясь к двери. — Думаешь, в очередь к тебе такие мужики выстроятся? Ну и жди. И выскочил из кабинета. — Эй, Карпыча привезти не забудьте! До обеда жду. * * * — Девушка, чаю не желаете? У меня и травяной имеется, и брусничный, и облепиховый, — заглянула в пустое купе проводница. — А к часу обед доставлю. Меню посмотрите. Я бы рекомендовала шаньги с грибным соусом да суп-гуляш. Коронка нашего шеф-повара. Хотите, компанию вам составлю. Соня поблагодарила хозяйку, сделала заказ и вернулась к дневнику. Как же приятно снимать напряжение в спальном вагоне скорого поезда! Особенно, когда занимаешь купе одна. Трое суток в покое и комфорте. При усиленном внимании скучающей от безделья (три пассажира на весь вагон, поневоле заскучаешь) проводницы. — Теперь я с Иванычем за всю жизнь не рассчитаюсь, уж так удружил, — улыбалась она своему отражению в вагонном окне. — Обещание вернуться на работу в школу — лишь малюсенькая толика компенсации. Три дня по высшему классу, а из Москвы на машине. И поесть вкусно успею, и с проводницей посекретничать, и дневник дописать наконец. Жаль, рассветы в пути встречать не придётся. Люблю солнышко! Но мне и закатов хватит. На родину они ведут. Домой… Из дневника Сони Залесской Май 1986 г. Операция длилась почти пять часов. Анфиса раз пять заглядывала в окно, истомившись в ожидании. И тут же спрыгивала с завалинки — до ужаса боялась крови, которой был залит мой халат. Заметно одряхлевший в шахтах Карпыч кряхтел, то и дело хватаясь за поясницу. Подслеповато щурился. Путался в инструментах. — Прости, деточка, — шептал виновато сквозь марлевую повязку, — я в том подземелье последних сил лишился. Ноги почти не держат. Глаза подводят. В висках ухает. Давление зашкаливает. Плохой я тебе помощник. — Это я ваш помощник, девчонки мои тут бы не справились. Разве что инструмент приготовили да халаты. После операции похлопочу ещё раз, из шахты вас на свет белый вытянуть постараюсь. |