Книга Родинка на линии судьбы, страница 127 – Лина Богданова

Серёжке…

— И много таких на вашей шахте? Ну, я имею в виду, обманутых?

— Кто его знает, у нас особенно по душам не поговоришь, одёргивают. Разве что в забое, но там у каждого свой маршрут. Да и работы полно. На отдых несколько минут отводится. Только-только дух перевести да воды напиться. Да и нет друг к другу доверия, хозяйские прихвостни так и шныряют. Тут не угадаешь, кто свой, кто чужой. Остерегаюсь, в общем. Хотя, по наблюдениям, половина таких, как я, в шахтах горбится.

— А условия?

— Жить можно. Двенадцать часов работаем, двенадцать отдыхаем. Без изысков. Нас честно предупредили: кормёжка, постель, тайга — вот и все развлечения. Я не в претензии. Кормят неплохо, постель чистая, кровать как кровать. На белый свет выползешь, вымылся, поел. Часок воздухом свежим подышал. И на боковую. К книжкам и телевизору не тянет. А утром снова в бой.

— Телевизор?

— Откуда? Просто к слову пришлось. В прежней жизни я без новостей и футбола спать не ложился. Теперь и думать забыл.

— Домой не рвётесь?

— Пытался. Один раз ноги перебили. Второй — что-то более существенное. Неделю кровью плевался и в уборной на стенку лез. Говорят, легко отделался. От большинства любителей свободы одни воспоминания остались. Я как-то выбрал момент, прогулялся вокруг шахты, серьёзно дело налажено. Пограничная полоса вспахана. Будки через каждые двадцать метров понатыканы. Охрана с собаками. Проволока колючая в несколько рядов. Думаю, ещё что-то есть. Берегут нас, как ценность великую.

— А что в шахте добываете?

— У меня четыре на счету. В первом руднике серебро брали. Богатая руда, практически без шлака идёт. Потом аметисты. Сердолик. Топазы. Теперь — ванадий. Щедра местная земля. И золото, и самоцветы, и металлы редкие. У нас несколько парней с золотых приисков перевели. До сих пор в глазах самородки блестят.

— И что, вы хотите сказать, до сих пор на эти золотые жилы ни одна геологоразведочная экспедиция не наткнулась? Не может быть. Ни за что не поверю.

— Зря. У наших хозяев денег не то, что куры страусы не клюют. Да они, к вашему сведению, на медь и поделочный камень даже внимания не обращают. Что им с этими глыбами морочиться! Серебро по бросовым ценам местным дельцам сбывают, а камни в Европу везут. Вместе с металлами редкоземельными. Зафрахтовал судёнышко во Владивостоке. Затарил доской да брёвнами, а в укромное местечко пару тонн вольфрама положил. Или ванадия. Таможню авансировал, чтобы не сильно вникала. Выгодное дело! Я не удивлюсь, если в близлежащих шахтах цезий с ураном добывают. Мне эти места с института знакомы. На практику с ребятами мечтали сюда попасть. Благо, не попали.

А что касается разведок геологических, так, похоже, у хозяев и тут схвачено. Военные думают, что на кряже заповедник для столичных шишек устроен. А почему бы не подумать, если за это заплачено. Да и антураж соответствующий имеется: я лично видел три заимки покруче вилл американских. И аккуратный частокол по периметру — всё в лучших традициях экотуризма. Местные власти тоже прикормлены. Для них, думаю, своя байка придумана. То ли армейские стратегические объекты союзного значения, то ли зона повышенной радиации. Да мало ли отговорок существует? Тут главное не в выдумке, а в количестве выделенного материального стимулирования. Так что долго нашим господам ничего грозить не будет. К нашему несчастью.