Онлайн книга «Родинка на линии судьбы»
|
Перебираясь из комнаты в комнату, выискивала вещи, купленные когда-то мамой. Рассматривала старые фотографии, перебирала одежду в шкафу и плакала, очищая душу от боли, страха, сомнений. — Да, помотало! Да, побило. И больно. Но домой отпустило. А это главное! Я дома! Дома! Дома!!! Назавтра она уехала на дачу. И часа два отпаивала валерьянкой тётушку, ошеломлённую неожиданным явлением блудной племянницы. И рассказывала, рассказывала, рассказывала… Почти сказки, щадя нервы и сердце родного человека. Самого родного из оставшихся в этом мире… Дачное лето заживляло душевные раны размеренным ритмом, физическим трудом, свежим воздухом и задушевными вечерними беседами. Лишь изредка приходилось возвращаться в город, чтобы созвониться с оставшимися в Спокойном друзьями, подать запрос по Серёже в военкомат (вместе с душой дома проснулись и надежды), забежать в ректорат с очередной партией вопросов. А что дальше? Подобными глупостями Соня старалась не заморачиваться. Училась жить в настоящем. — Мне бы диплом получить да педстажа капельку заработать. А как всё успокоится, вернуться. Или не вернуться. Чем мне дом родной не угодил? Школ и в Гродно хватает. А от добра добро только дурачки ищут… Дом родной угождал, как мог. И погодой, и тётушкиной заботой, и вниманием старых подружек. И благополучным восстановлением в университете (Соня за здоровье благодетеля Николаева даже свечи в церкви каждую неделю ставила). Жизнь начала налаживаться. Диплом защитила на отлично. Госы — тоже. Предлагали на кафедре остаться. Но ей так хотелось в школу. Жаль, заочники должны были устраиваться сами. И тут тётушка подсуетилась — нашла местечко в родной Сониной альма-матер. С октября. На замену декрета. — Надо же с чего-то начинать. Проявишь себя хорошо, найдётся и постоянное местечко. Из дневника Сони Залесской Сентябрь 1987 г. И опять я в пути. И опять неожиданно. Хорошо хоть с паспортом. Ой, как же мне не хотелось тётушку расстраивать. Но, как она сама любит повторять, человек предполагает, а Господь располагает. Так и со мной случилось. В один миг мои планы рассыпались. Вернее, в два. Собиралась в школу на собеседование, а на улице едва не столкнулась с человеком, очень похожим на бывшего тишинского охранника Борьку. Бывшего, потому что за год до моего побега пошёл цепной пёс Павла на повышение. Отправили его учиться куда-то. А потом в главной усадьбе поселили. Кристина как-то проговорилась, что за особые заслуги наместник Бориса к себе приблизил. Я буквально оцепенела, чувствуя, как старательно уложенное на дальние полки памяти выбирается наружу. Отступила в тень, отвернулась. Прикрыла глаза. Нет, не может быть. Просто показалось. Мало ли на свете похожих людей. Тот деревенский увалень, а этот… Внимательно пригляделась. Мужчина прошёл мимо, увлечённый разглядыванием каких-то записей в блокноте. Кажется, почудилось. Вполне себе приличный человек. В костюме, с галстуком. В модных тёмных очках. Разве что походка… «Уже и до походки добралась, — укорила себя, разворачиваясь в нужном направлении. — Того и гляди, Алексей мерещиться начнёт. А за ним Нил Кондратьич с Агатой…» Сделала два шага и замерла, услышав знакомый басок: — Фолюш, 15/186 — не подскажете, куда направляться? Борис назвал мой адрес! Правда, без номера квартиры. Но голос был точно его! Значит, и адрес. Значит, и… Нашли! Приехали, чтобы обратно в Тишь вернуть! Или… |