Книга Истинная для бывшего мужа-дракона, страница 52 – Рия Адри

Слепок повернулся к синей коробке.

Белая линия на руке Мары вспыхнула до плеча. Она закричала.

Арвен перехватил её, чтобы не дать упасть, но взгляд остался на экране.

— Лина, коробку.

— Что?

— Слепок связан с образом. Раз образ не получил мать, он ударит по вещи. Перенеси право на кулон.

— Как?

Малхар, стоявший в камере за щитом, вдруг сказал:

— Пусть мать наденет кулон на себя. Не на тело. На себя. Тогда любовь перестанет кормить образ дочери и станет защитой матери.

Я посмотрела на него.

Он улыбнулся слабо.

— Я всё ещё хочу жить.

Мара едва дышала.

Я наклонилась к ней.

— Передай: “Надень ласточку. Сейчас”.

Она уже не могла говорить. Только кивнула.

На экране мама раскрыла коробку и вытащила кулон. Цепочка была порвана, но она зажала ласточку в ладони у сердца.

Слепок вскрикнул.

Не страшно. Больно.

Квартира за его спиной начала рассыпаться на тёмные пятна. Кухня, занавеска, стол — всё дрогнуло, как нарисованное на воде. Мама спускалась, не выпуская кулон. Виктор пытался догнать, но сверху уже раздались голоса соседей и шаги.

Кто-то открыл дверь на площадке.

— Что здесь происходит?

Мама закричала:

— Помогите! Он угрожает моей дочери!

Сосед — старик с третьего этажа, я узнала его сразу — вышел с тростью и телефоном.

Виктор остановился.

Слепок повернулся к нему.

— Ты обещал, — сказал он моим голосом.

Виктор побледнел.

— Я хотел вернуть её.

— Ты хотел, чтобы она была твоей.

Слепок вошёл в него.

Не красиво. Не светом. Просто тень шагнула внутрь мужчины, и Виктор выгнулся, вцепившись пальцами в перила. Его рот открылся в беззвучном крике. Мама отступила вниз. Сосед выругался и начал звонить.

Экран потемнел.

Мара потеряла сознание.

Я успела подхватить её вместе с Арвеном. Белая линия на руке погасла, оставив тонкий серебряный след.

— Жива, — сказал Самуил, уже проверяя пульс. — Но путь закрылся. На время.

— Мама?

— Вне канала. Это хорошо. Её любовь больше не кормит слепок.

Я смотрела на тёмный экран.

— А Виктор?

Малхар из камеры ответил:

— Теперь он не проводник. Он сосуд.

Арвен медленно повернулся к нему.

— Можно вытащить слепок из живого человека?

— Можно. Но в вашем мире — нет. Нужно, чтобы он перешёл сюда.

— Как?

Малхар улыбнулся.

— Калиста знает.

Телефон в моей руке снова завибрировал.

На экране появилось лицо Виктора.

Но глаза у него были не его.

— Лина, — сказал он. — Теперь я понимаю, почему ты выбрала дракона. Здесь тела слабые. Я хочу другое.

За его спиной открылась серая щель.

И из неё вышла Калиста.

— Спасибо за дверь, дорогая, — сказала она. — Теперь Виктор приедет к тебе сам.

Глава 21

Глава 21

Мара пришла в себя через полчаса.

Её перенесли в комнату при нижних камерах Совета, где синие огни держали стены чистыми от чужих печатей. Самуил настоял, что наверх её нельзя: там слишком много зеркал, слишком много людей, слишком много слухов и слишком мало подушек. Последний довод Мара приняла с обиженным видом, но спорить не стала. Лежала под серым одеялом, бледная, с мокрыми от слабости волосами у висков, и держала руку на груди, будто белая линия хранителя могла снова разорваться.

Я сидела рядом.

Телефон лежал на столе в защитном круге. Экран был тёмным. После появления Калисты связь пропала. Маму я больше не слышала, но Самуил сказал, что это хороший знак: путь закрыт для удара. Сердце моё с этим соглашаться не хотело. Ему нужны были не хорошие признаки, а голос мамы. Желательно каждые пять минут. Можно чаще.