Книга Истинная для бывшего мужа-дракона, страница 76 – Рия Адри

В груди похолодело.

Лаурис резко сказала:

— Это передёргивание закона.

— Конечно, — Калиста улыбнулась. — Но какое удобное. Совет обожает удобные формулировки.

Арвен стал совсем тихим.

— Тирн.

— Да, милорд.

— Доставить Калисту в столицу в отдельной карете, под храмовыми цепями, без зеркал, без воды, без металла в руках. Если она попробует говорить через кровь — заткнуть рану огнём.

Лаурис сухо добавила:

— Под протоколом я предпочла бы менее выразительное исполнение.

— Запишите: прекратить кровомагическую активность.

— Так лучше.

Калиста всё ещё улыбалась, когда её увели.

До рассвета оставалось меньше двух часов.

Мы вышли из оранжереи во двор. Ночное небо начинало сереть у края. Лошади били копытами по мокрому камню, стража спешно меняла повозки, гвардейцы Рейс проверяли ремни и печати. Я обернулась на дом Саан. В окнах горел белый огонь Севрины. Внутри оставались Мара, Элира, Ная и часть моей прежней жизни, которую я уже не хотела называть только прошлым.

Арвен подошёл рядом.

— Она солгала частично.

— Какая часть правда?

— Совет попробует заявить, что после отказа матери удерживать старое тело единственная сильная связь здесь — истинная метка.

— То есть они скажут, что я всё равно принадлежу вам.

— Да.

Я смотрела на сереющее небо.

— Что вы ответите?

— Что если Совет признаёт твою личность только через меня, то я отказываюсь быть основанием твоей несвободы.

Я повернулась.

— Что это значит юридически?

— Лаурис подберёт слова.

— А по сути?

Он смотрел прямо.

— Если придётся, я публично откажусь от прав истинной связи.

Метка на руке резко сжалась.

— Это может её разорвать.

— Может.

— Нет.

— Лина…

— Мы только что обсуждали, что вы не будете платить собой за мой выбор.

— Это другое.

— Конечно. У вас всё другое, когда боль достаётся вам.

Он замолчал.

Потом тихо сказал:

— Я не позволю сделать тебя моей собственностью даже через закон.

— И я не позволю вам стать жертвой ради красивого жеста. Будем искать третий путь. Снова.

— У нас час.

— Значит, думайте быстрее, лорд Рейс.

На этот раз он улыбнулся.

Устало. Коротко. Но улыбнулся.

— Слушаюсь.

Мы выехали в столицу перед рассветом.

Дорога через старые ворота Саан была холодной и тёмной. Я сидела в карете напротив Лаурис, рядом с Самуилом. Арвен ехал верхом, хотя лекарь угрожал привязать его к сиденью. Тирн держался сбоку, не спуская глаз с кареты Калисты позади.

Я пыталась думать о Совете.

О законе.

О том, как ответить на ловушку Калисты.

Но мысли возвращались к одной простой вещи: если я выбрала этот мир, мне всё равно придётся каждый день доказывать, что выбор не делает меня чьей-то.

Даже если этот “кто-то” — мужчина, которого я люблю.

Когда золотые башни столицы появились впереди, солнце только коснулось крыш.

У здания Совета уже собралась толпа.

И на верхней лестнице, между судьями, стоял Малхар.

Не свободный.

В синих цепях.

Но рядом с ним — Калиста.

Без цепей.

В белой мантии временного обвинителя.

Лаурис побледнела.

— Невозможно.

Калиста подняла руку, показывая полный круг судей.

И сказала так громко, что площадь услышала:

— Я обвиняю Арвена Рейса в незаконном присвоении чужой души через истинную связь.

Толпа взорвалась шумом.

А Малхар, закованный рядом, улыбнулся мне так, словно именно этого и ждал.