Книга Истинная для бывшего мужа-дракона, страница 73 – Рия Адри

— Вы ранены.

Уголок его губ дрогнул.

— Да.

— И опять молчали.

— Был занят.

— Ужасное оправдание.

— Привык к нему.

— Будем отучать.

Он склонил голову.

— Слушаюсь.

Тирн за нашими спинами тихо сказал:

— Запомню этот исторический момент.

Арвен даже не обернулся.

— Забудешь, если хочешь жить спокойно.

— Да, милорд.

Самуил подошёл к сердечному ключу. Тот больше не был красным или золотым. Серебро, белый свет, тонкая нить к телефону. Чистый, спокойный.

— Путь закрыт для всех, кроме Лины и разрешённых ею голосов, — сказал он. — Калиста не пройдёт к матери. Малхар не дотянется. Род Саан лишён права на тело. Ная спит в малой комнате памяти.

Я выдохнула.

Впервые за долгое время вдох не болел.

Но тишина длилась недолго.

Из глубины дома раздался грохот.

Лаурис резко повернулась к двери.

— Что теперь?

В оранжерею вбежал Гаррет. На щеке у него была сажа, рукав разорван.

— Милорд! Нижние камеры Саан пусты. Лорд Саан мёртв.

Элира побледнела.

— Мёртв?

— Да. И это не всё.

Арвен выпустил мою руку очень медленно.

— Говори.

Гаррет сглотнул.

— Его убила Калиста перед побегом. Кровью открыла старый ход. Она ушла не в мир Лины. В столицу. К камере Малхара.

Сердечный ключ на полу вдруг вспыхнул золотом.

А телефон в моих руках включился.

На экране появилось короткое сообщение:

СПАСИБО ЗА ВЫБОР. ТЕПЕРЬ У МЕНЯ ЕСТЬ ТО, ЧЕГО НЕ БЫЛО У МАЛХАРА: ДРАКОН, КОТОРЫЙ НЕ СМОЖЕТ ПЕРЕЙТИ ПОРОГ, И ЖЕНЩИНА, КОТОРАЯ ОТКРЫЛА МНЕ ЗАКОН.

Ниже — изображение камеры Малхара.

Пустой.

А на стене кровью было написано:

ПОЛНЫЙ СОВЕТ СОБЕРЁТСЯ НА РАССВЕТЕ.

Глава 29

Глава 29

Сердечный ключ вспыхнул золотом.

Телефон в моей руке стал горячим, и на секунду мне показалось, что кожа на ладони сейчас покроется ожогами. Я сжала его крепче. Нелепо, глупо, упрямо — но это была моя вещь, мой мост, мой последний понятный предмет из прежней жизни. Отдать его Калисте, Малхару или любому другому человеку, который умел превращать чужую боль в рычаг, я уже не могла.

На экране темнела пустая камера Малхара.

На стене кровью было написано:

ПОЛНЫЙ СОВЕТ СОБЕРЁТСЯ НА РАССВЕТЕ.

Арвен смотрел на эти слова с такой неподвижностью, что мне стало холоднее, чем от ночного ветра в разбитой оранжерее. Он был ранен. Пламя порога ударило по его груди, кровь всё ещё темнела на губах, а левая рука дрожала от перенапряжения. Но в его взгляде уже не было слабости. Только расчёт. Быстрый, жестокий, беспощадный к себе и к врагам.

— Она не освободила Малхара просто так, — сказал он.

Лаурис, бледная после ритуала, подошла ближе и взяла у меня телефон. Не из рук — подставила ладонь снизу, спрашивая молча. Я кивнула. Судья посмотрела на экран, потом на сердечный ключ, который всё ещё горел золотом на полу.

— Калиста не имеет права созвать полный Совет.

— И всё же сообщение пришло через ключ, — сказал Самуил. — Значит, у неё теперь есть доступ к судейской цепи Малхара.

— Он бы не отдал добровольно, — заметил Тирн.

— Конечно, не отдал, — ответил Арвен. — Она не просила.

Он поднял взгляд на Гаррета.

— Подробно. Как нашли Саан?

Гаррет стоял у входа в оранжерею, на плечах сажа, на виске царапина. Он выглядел так, будто последние двадцать минут спорил с горящим домом и считал, что дом вёл себя недостойно.

— Нижняя камера была открыта изнутри родовой кровью. Охрана жива, без сознания. У лорда Саан перерезано горло. Не сразу. Сначала она взяла кровь для хода, потом добила. На полу следы Виктора. Его протащили через старую линию. Дальше путь ушёл не в мир Лины. В столичный нижний архив.