Книга Хозяйка гиблого поместья драконов, страница 70 – Лилия Тимолаева

— Если подойдёте, он возьмёт вашу связь.

— У него ничего не получится.

— Лада.

Он впервые назвал её так при саде.

Не Мирана. Не госпожа Вейрхольд. Лада.

И от этого одно слово оказалось сильнее всех его прежних приказов.

Она остановилась.

Сад тут же повернул пустое лицо к ней.

— Хозяйка слышит правду. Дом не проклят. Дом лжёт. Эйрены лгут. Под очагом спит древний дракон. Его дыхание греет стены. Его сон держат дети, хозяйки и кровь рода. Разбуди его — получишь силу. Усыпь крепче — потеряешь живое. Выбирай.

— Опять предлагаешь выбрать, кого отдать? — спросила Лада.

— Выбирай, кого спасти.

— Это одно и то же, только сказано приличнее.

Северная дорога стала темнее. Туман уже полз по колёсам кареты. Где-то далеко, за лесом, вспыхнул огонёк — возможно, дозор Аркта наконец заметил неладное. Но он был далеко. До него нужно было дожить.

Севар оттолкнулся от столба и сделал шаг к саду.

— Я пойду.

— Нет, — сказала Лада.

Он не обернулся.

— Это моя вина.

— Очень удобно. Вы сейчас красиво пожертвуете собой, сад получит кровь Эйрена, древний дракон под домом вздрогнет, дети проснутся от крика, а мне потом чинить всё это с Брамом, Хенной и тремя мешками зерна?

Севар всё же посмотрел на неё.

Даже в такой момент в его глазах мелькнуло изумление.

— Вы понимаете, что говорите?

— Понимаю. Мне уже надоели ваши мужские попытки решать проблемы героическим исчезновением. Дом нужно спасать живыми руками, а не очередной красивой могилой.

Савина тихо сказала:

— Госпожа…

— Молчи и стой за мной.

Сад вытянулся выше.

— Хозяйка отказывается платить. Тогда сад возьмёт сам.

Туман бросился вперёд.

Не как туман — как стая. Серо-зелёные ленты рванулись к карете, к Савине, к кольцу на груди Лады. Лошади взвились, кучер закричал. Севар вскинул руку, и перед ними вспыхнула золотая дуга, но она сразу задрожала. За границей дома его сила была тонкой, израненной, словно вытянутая слишком далеко нить.

Лада схватила Савину за плечи и толкнула к карете.

— Внутрь!

— А вы?

— Внутрь!

Девочка подчинилась.

Лада повернулась к Севару. Он держал дугу, стиснув зубы, но туман уже просачивался по краям. Силуэт из ветвей скользил ближе, не касаясь земли.

И тогда Лада сделала единственное, что успела придумать.

Она сорвала с груди кольцо Севара.

— Эйрен-Гард! — крикнула она в ночь. — Если ты дом, а не крышка, слышишь меня?

Земля вздрогнула.

Не под садом. Под дорогой.

— Очаг держит живых. Мастерские держат железо. Оранжерея держит границу. А ты держишь своего хозяина на цепи и зовёшь это защитой? Хватит. Открой дорогу домой.

Севар резко повернулся.

— Нет!

Поздно.

Кольцо в её руке вспыхнуло так ярко, что туман на миг стал прозрачным. Лада увидела в нём лица — не настоящие, вытянутые из памяти: Эйра, дети, Севар моложе, Аркт без своей ледяной маски, Хенна с чёрными волосами, Брам без седины. А под ними — глубже, намного глубже — огромный закрытый глаз.

Драконий.

Он был под фундаментом Эйрен-Гарда.

И он не спал спокойно.

Он слушал.

Золотая линия вырвалась из кольца и ударила в третий столб. От столба к столбу, вдоль дороги, вспыхнули старые знаки, которые Лада раньше принимала просто за метки тракта. Дракон и башня. Дракон и башня. Дракон и башня.

Это была не дорога к дому.

Это была внешняя цепь.

Сад взвыл.