Книга Последнее слово шамана, страница 121 – Иван Цуприков

Поправив шапку, Михаил открыл уши, проверил, снято ли ружье с предохранителя. Нужно быть ко всему готовым.

…Виктор стоит на болоте и машет рукой. Михаил бежит к нему по вязкому мху, обо что-то спотыкается и падает…

Открыл глаза, вокруг ночь, видно, уснул. Но без этого тоже нельзя. Михаил стал осматриваться по сторонам. Вроде бы никого нет рядом. Да и луна находится уже справа.

«Это что ж получается? Я проспал несколько часов. Хм, точно, и рюкзак на ногах лежит, видно, им укрывался. Хорошо, не надавил на курки. Нужно размяться».

Михаил встал и сделал несколько шагов вправо, потом влево. Вроде бы рассвет начинается. Идти дальше еще рано. Можно нечаянно выйти на бородача с Длинным, а также на Зину с Жекой. Опасно. Лучше попытаться еще поспать».

3

Рев лося, раздавшийся невдалеке от Михаила, ничего хорошего ему не предвещал. С быком, если не охотишься на него, во время гона лучше не встречаться. Он в это время не боится никого, даже человека и медведя, и готов броситься на них. А удар передней ноги у лося страшен, ломает березу толщиной тридцать сантиметров, а задней ногой ломает дерево намного толще. И масса у него килограммов, минимум, триста.

Снова раздался рев, показалось даже, что теперь сохатый был ближе к Михаилу.

«Не соперник ли того лося, который ревел несколько минут назад ему отвечает? А может, даже это Виктор дует в стволы, а Длинный с Зиной ему отвечают? Этого еще не хватало. Но мы с Виктором вроде бы не договаривались таким способом вызывать друг друга. Муравьев сказал, что он сам меня найдет», – размышлял Михаил.

Мощный и длинный рев сохатого теперь прозвучал еще ближе. Трудно определить его местонахождение, но то, что он приближался, пугало, и, Михаил, недолго думая, быстро осматриваясь по сторонам, стал уходить подальше от болота вглубь леса.

— Миша, тихо, это я, Виктор. – Тихий голос Муравьева прозвучал неожиданно для Михаила.

Степнов, еще не поняв, кто его окликнул, резко развернулся и навел стволы на ольховый кустарник.

— Ч-ч-ч, это я, Виктор!

И теперь только до Михаила дошло, кто его окликает. Обнялись.

— Голоден?

Михаил закивал головой.

— Так и знал. На. – И вытащил из своего кармана кусок копченой колбасы.

— Н-нич-чего ж себе! – удивился Михаил.

— У этих взял. Чего там у них только нет.

— В из-збе?

— Ну. Мою избу к рукам прибрали, сволочи. Я им там гостинца хотел оставить, капкан с петлями, но не стал этого делать. Шумнул немножко, поматерился, клюнули, по пятам пошли. В болото завел их.

— А л-лось рев-вел?

— Думаешь, меня подманивали его ревом? Нет, лоси настоящие. Проблема в другом, Мишенька. Оленье стадо невдалеке. Некоторые олешки небольшими группками уже прошли на север. А сваловцы идут не за ними. Нет, нет, а за мной, получается. К чему бы это, а?

— Ш-ш-шаман им нужен.

— Ты откуда знаешь?

— П-поймали мен-ня, – на выдохе быстро сказал Михаил и, набрав воздуха в рот, продолжил: – Уб-били с-собак.

— А я-то думал, в кого они стреляли? Побоялся, что в тебя. И что?

— П-под-рал-лись, и я сбе-жа-ал.

— Молодец. – Виктор присел.

— Он-ни г-г-го-в-ворил им, н-нет, н-не им, а С-с-сва…

— Свалову? – помог Виктор.

— Д-да, ш-ш-ш-шаман ему нужен.

— Блин, это же прекрасно, – стукнул по колену Муравьев. – Значит, клюнул на мою приманку.

— А з-зачем?