Книга Последнее слово шамана, страница 124 – Иван Цуприков

— И ваш товарищ это подтвердил, – прищурясь, посмотрел в глаза Муравьеву Зина.

— Глупости все это, – вздохнул Виктор. – Да, я чувствовал, что за мной кто-то идет. Но думал, что это не человек.

— Не человек? – открыл рот Зина.

— Нет, – помотал головой Муравьев. – Он обладал медвежьей силой, и даже больше. В двух местах я видел эти его следы. Деревья вывернуты, щучий фарш, лось, разорванный на части и развешенный в метрах трех-четырех метрах от земли на сосне.

— Брешет он, Зина, – закашлявшись, сказал Длинный.

— А ты видел этого лося? – обратился к Длинному Зина.

— Это там, недалеко от карьера, где ваши ребята лес рубят, у карьера.

— Что? – прищурился Зинченко.

— Ну, у них денег нет, и я их научил ставить капканы на лося.

— Так где погиб Косой? – Во взгляде Зины блеснули молнии.

Длинный быстро задышал и, помявшись несколько секунд, сказал:

— Косой шел следом за ними. Мы его нашли… – И, поглядывая то на Зину, то на бородача, замешкался.

— Ну, Сергей. – Зина посмотрел на бородача. – Я жду.

— Иван Петрович, ну, не знаю. Косого нашли ночью, под тушей лосиной. Она не висела на дереве, как говорит этот, а лежала на Косом.

— Хм. – Зина встал и потянулся. – А Каравай где погиб? Длинный? И как?

— Перед Торским озером, – опустил глаза Длинный. – Этот мудель пошел через сопки, в которых, кроме медведей, больше никто не живет. Шумел. Каравая медведица порвала.

— Это что же получается, Виктор Егорович, фильтр моим ребятам устроил, медвежий? А говоришь, что ты не убийца.

— Н-не знаю, – опустил глаза Муравьев, – если бы хотели со мной дойти до шамана, зачем тогда такую охоту на меня устраивать, а? – сжимая зубы, с ненавистью проговорил последние слова Виктор.

— Из-за твоего писаки, – проговорил бородач. – Зачем он тебе? Ты думаешь, он заметку Богу напишет про тебя, чтобы тебя в рай пустили?

— Он чище вас. – Виктор посмотрел в глаза бородачу. – А ты, Длинный, чего же живой со своим дружком остался на тех сопках? Да вы там и не были, сидели на дороге под кедром сломанным. Я видел ваши следы.

— Вот как? – удивился Зина. – А откуда же вы так все хорошо знаете о смерти Каравая?

Вздрогнув, Длинный, посмотрев на Зинченко, ответил:

— Да я, да… – И запнулся.

— Я не понял, Вячеслав Михайлович? – подняв ствол карабина, спросил Зина у Длинного.

— Серега, а чего ты молчишь? – ухватив бородача за руку, словно ища у него защиты, заикаясь, спросил Длинный.

— Слава, а я-то при чем тут? Я же тебя слушался. Ты старший тут. Куда сказал, туда я и шел, – выдернул руку из захвата Длинного бородач.

— Я думаю, ваш Каравай потерялся там, а не погиб, – прошептал Виктор. – Нужно вернуться. Медведицы там не было, в это время она со своими медвежатами пасется на болоте, на сопке только к концу октября появится.

— Думаешь? – Зина снова уселся у костра напротив Муравьева. – Хорошо, если так. В принципе, он тот район знает, нагиришский парень. А нам твоя помощь нужна, Виктор Егорович. Отведи нас к шаману.

— Нет проблем, Иван э-э…

— …Петрович, – подсказал ему свое отчество Зина. – А фамилия моя Зинченко.

— Извините. – Виктор посмотрел на Длинного. – Грязный ты человек. Шаман тебя не примет, и душа у тебя злая и грязная.

— Что-о? – сорвался с места Длинный и кинулся с кулаками на Муравьева.

Удар Зиной прикладом Длинному в челюсть обрушил его на землю…