Книга Под крылом чёрного ворона, страница 110 – Иван Цуприков

— Так сколько ж ему лет? – поинтересовался Филиппов.

— Только время знает, сколько лет Кеву Луку. На вид он стар, но когда начинает свое камлание, жуть, страшно смотреть на него. И все начинает вокруг гудеть, и звуки разные.

— Так что же Воробей мне сам об этом не сказал?

— А при чем здесь Витька Воробьев?! – вдруг взбеленился Чиж. – Миша, Витька-то пропал.

— Тю ты! – Филиппов от неожиданности встал.

— А вот там, в тумане, когда в нем он увидел казаков с саблями, они повозки сопровождали, он и зашел в туман, посмотреть, куда они едут, кто они такие. И все. А потом вынырнул, и говорил, что скоро вернется, в избе мне его ждать вместе с тобой. Я думал, ну все, пошли они все на фиг! Понимаешь? Человеку седьмой десяток, пацана нашли! Подумал, в избе ночь переночевал, а там ночью Ворон пришел ко мне и говорит, что бы я тебя привел. А если ворон говорит, то, значит, слушать его нужно и выполнять. Понимаешь? На этой земле он дух, и если его ослушаешься, то покоя не будет и в том мире тебе. Он там тебя не защитит.

Михаил, всем телом напрягшись, внимательно вслушивался в тихий, еле слышный шепот Владимира. И каждое слово его было четким, понятным и несло в себе какое-то волнение. Тишина замерла, даже щебета птиц и стук дятла клювом по дереву исчезли. Тишина, только шепот Чижа.

— Я не знал, как смогу тебя уговорить идти сюда, поэтому и к Витькиному отцу, к его жене пошел.

Владимир встал, нагнулся у печки и начал из нее вытаскивать тонкие, сухие ветки.

— Я лучше на улице костер разведу, мало ли, есть медведь здесь где-то рядом, нет. А так спокойнее будет. – И вышел из избы.

— А ворон-человек, случайно, не Кев Лук? – громко спросил у Владимира Михаил.

— Нет, то видение уж больно злое. Кев Лук добрый старик, а у Ямишкина шаман собрался в последний путь. К нему-то меня вначале и привел Кева Лук, я чувствовал это. Как и чувствовал то, что в городе у нас неспокойно стало, ведьмы появились. Я и подумал, что они ищут дорогу к Кеву Луку, видно, силы волшебные забрать его хотят. А когда ты крестами обложил забор моего дома, я понял, что силой ты обладаешь огромной, они слабы против тебя.

— Глупости говоришь, – вышел из избы Михаил. – Сильные они. Я сам удивился тому, что у Витькиной жены колдунья появилась, вторую видел у спортзала и в городе еще – третью, четвертую. И двух каких-то мужиков необычных видел, стары-молоды. Как в тени – старик, вся кожа на лице обвисла, а как выходит на свет – молод.

— Боюсь, что они нас и сопровождают.

— Дятлами, воронами? … – хотел было ухмыльнуться Михаил, да не получилось, перед глазами сразу возникло лицо «монаха», которого видел совсем недавно.

— А вот дух медведя точно за мной начинает охотиться. Ох, и страшен он. Я его дыхание везде чувствую. Даже здесь. Посмотри, а?

— Володя, я не колдун и не волшебник, я просто умею видеть человеческую ауру, и не как об этом по телевизору показывают, а по-своему, то огнем, то реками, то сухим песком и так далее, и всего лишь подключаю внутреннюю силу мозга человеческого, чтобы не спал, а боролся.

— Так посмотри своими этими глазами, оладь мне в душу! – выругался Чиж.

В глазах, как и в словах Чижа, он слышал душевную боль. Встал, обвел руками вокруг себя и обернул кисть к себе, пытаясь что-то уловить тыльной стороной руки. Сначала все оставалось по-прежнему, температура у воздуха была ровной. И у того тысячелетнего кедра, и у сосен, вытянувшихся своими кронами в облака, и у кустарника ольхи. Хотя резкий холодок ударил от ольхи. Это, скорее всего, от сквознячка, тянущегося из болота, и из ручья, питающего его.