Книга Крушение Турмфальке, страница 146 – Сергей Трифонов

— Да, господин капитан, мне всё понятно. Благодарю вас за удовлетворение моей просьбы.

Баур расписался на приказе, и капитан покинул палату. Миш потёр от удовольствия руки, присел на койку Баура и заговорил шёпотом:

— Полагаю, господин группенфюрер, мы с вами теперь надолго.

— Дай бог, Миш, дай бог. Что ещё удалось узнать?

— Инспекторов СД Бергмюллер, Хофбек и Хеншель каждый день таскают на долгие допросы.

— Бьют?

— Похоже, нет, господин группенфюрер. Они в порядке. Хуже со штурмбаннфюрером СС Линге, он тоже здесь. Вот ему, похоже, крепко достается. Ранен-то он легко, но с допросов его каждый раз тащат два солдата. И лицо его, я вам скажу, очень даже изменилось, опухло сильно, всё в кровоподтёках. Жаль Линге.

— Да, Миш, жаль. Зная Линге, думаю, он долго не выдержит. Человек избалованный высшим светом, старший камердинер фюрера всё же, очень эмоциональный, натура, как говорится, тонкая. Может сломаться и наговорить всякой ерунды про фюрера, про нас, а русским только это и надо. Скажите, Миш, а вас допрашивали?

— Конечно, допрашивали, раз пять, наверное, или шесть.

— Миш, а о чём вас русские спрашивали во время допросов?

— Разное спрашивали, господин группенфюрер. Про семью, работу до войны, где воевал, какие имею награды, как попал в рейхсканцелярию, в фюрербункер. Заставляли несколько раз рисовать его план, указывая помещения, которые занимали фюрер и госпожа Браун.

— Что спрашивали про фюрера?

— Да много чего, я уже и не помню. Когда, мол, видел его в последний раз, да где, да с кем. Спрашивали, видел ли я, как эсэсовцы из охраны фюрера несли его тело и тело госпожи Браун во двор рейхсканцелярии, кто нёс, когда, видел ли костёр, на котором сжигали их трупы.

— Ну, а вы что?

— А что я, господин группенфюрер? Я фюрера в бункере и видел-то всего два раза. Да и то со спины, когда он с кем-то шёл по коридору. А кто его выносил, когда и куда, понятия не имею.

— Что спрашивали обо мне?

— Да всё то же. Кто вы такой, когда появились в фюрербункере, с кем общались, когда виделись с фюрером, когда и с кем пошли на прорыв? Спрашивали меня, не желаю ли я вступить в какой-то антифашистский фронт, возглавляемый генерал-фельдмаршалом Паулюсом? Ну, я ответил, что ничего не знаю про такой фронт и после войны ни на каких фронтах воевать не желаю. А один из офицеров обругал меня идиотом, не желающим занять в новой Германии достойное место. Например, должность какого-нибудь полицейского начальника, работника бургомистрата или управляющего телефонной станции.

— Молодец, Миш. Они ведь вас таким образом подкупали. Держитесь и дальше такой же линии поведения: никого и ничего не знаю, ничего не слышал. Допрашивать они вас ещё будут и не один раз. И сладкие пилюли вновь предлагать будут. Смотрите, не сломайтесь. Ещё ничего не потеряно. Германия, Миш, удивительно живучая страна, а народ наш могуч, талантлив и терпелив.

— Слушаюсь, господин группенфюрер. Во мне можете не сомневаться. Не хотел вам сразу говорить неприятную вещь. Ваш заместитель, штандартенфюрер СС Бетц умер здесь, в лазарете.

— Как? Что с ним случилось?

— Штандартенфюрер Бетц получил осколочное ранение в голову и скончался на операционном столе здесь, в лазарете.

Баур отвернулся к стене, чтобы никто не видел слёз на его впалых и небритых щеках. Миш вытащил из-под кровати утку и на цыпочках вышел из палаты.