Книга Крушение Турмфальке, страница 195 – Сергей Трифонов

— Как себя чувствуете, Баур?

Улыбнувшись, тот ответил:

— Спасибо, господин подполковник, видимо, мог бы и лучше, но в целом вполне сносно.

— Как нога, заживает?

— Потихоньку затягивается. Требуется серьёзное лечение, но в моих условиях это вряд ли возможно.

— Постараюсь чем-то помочь. Во всяком случае, лекарства, необходимые растворы и перевязочный материал обещаю, – Савельев сделал пометки в блокноте. – Будут ли какие просьбы?

— В целом, господин подполковник, всё в порядке, только вот переписку с родственниками не разрешают. Вернее сказать, писать не воспрещают, но письма, я твердо это знаю, в Германию не отправляют. Неужели ваши коллеги боятся, что я сообщу что-то секретное? Для этого есть цензура.

— Разберёмся, – буркнул Савельев, сделав пометку в блокноте. – Баур, у меня к вам несколько вопросов. Что вы знаете о производстве реактивных двигателей для самолётов «Ме-163», «Ме-262», «Ar-234», «Ju-287», «Не-280» и других машин?

Баур задумался, левой рукой крепче оперся о костыль, пальцами правой стал потирать кончик носа. Глядя в пол, а, возможно, не глядя никуда, он безмолвно просидел несколько минут. Савельеву даже показалось, что группенфюрер СС замкнулся и выбирает: отвечать на вопрос или нет. Но не стал торопить пленного, принялся листать исписанные страницы блокнота. Отхлебнув из стакана чаю, Баур начал:

— Возможно, вы знаете, германская промышленность к концу войны успешно освоила серийное производство двух отличных реактивных двигателей: «BMW-003» и «Jumo-004».

— Мы не только знаем об этом, в наших руках есть практически все модели производившихся в Германии реактивных самолётов и оба двигателя в разных модификациях. Нас интересует, где выпускались эти двигатели?

— Где выпускались двигатели «BMW-003», не знаю. Двигатели же «Jumo-004» в разных модификациях производились в Дессау на моторостроительном заводе Юнкерса.

— Откуда вам это известно?

— Во-первых, я много раз по службе бывал на заводах Юнкерса, знал руководителей, конструкторов, инженеров. От них я слышал о налаживании производства реактивного двигателя именно в Дессау. Они рассказали мне, что на западной окраине Дессау, в штольне старой соляной шахты, наладили массовое производство «Jumo-004».

— Мы обнаружили этот завод, а в нём более двух тысяч двигателей разной стадии готовности и разной модификации. Мы также нашли и техническую документацию на производство двигателя «Jumo-004», – Савельев впился взглядом в Баура. – Но ведь один завод не мог обеспечить моторами массовую сборку реактивных самолётов на почти двух десятках предприятий? Значит, были и другие моторостроительные заводы, выпускавшие «Jumo-004»? Вам о них известно, Баур?

«Как же мы недооценивали этих русских, – с грустью думал Баур. – К чему были все эти надутые щёки адмирала Канариса с огромным штатом абвера, шаловливое ребячество Шеленберга с вечно сальными анекдотами, или вечная наигранная таинственность Гейдриха, а после его гибели Кальтенбруннера с огромным количеством сотрудников и осведомителей гестапо и СД? Русские разведка и контрразведка оказались очень оперативными, проворными, ловкими, словно цирковые эквилибристы. Если большинство их оперативников такие, как этот подполковник, тогда всё объяснимо. Тогда понятно, почему русские так быстро обнаруживают хорошо упрятанные секреты рейха».