Книга Крушение Турмфальке, страница 62 – Сергей Трифонов

— Фюрер не спрашивает меня, сколько у моих бомбардировщиков моторов, он спрашивает, сколько у меня бомбардировщиков.

Вот так рейх остался без дальних тяжёлых бомбардировщиков, которые были способны стереть в порошок всю Англию. Геринг совершил по сути своей предательский поступок, первый шаг в пропасть, ибо в случае захвата рейхом Британских островов, Америка никогда не смогла бы осуществить крупномасштабную десантную операцию, как в августе сорок четвёртого года. В Италии мы бы союзников разгромили без особого труда.

Была ли у меня иная жизнь? Конечно, была. Небольшими кусочками, совсем крохотными отрезками времени, но всё же была. И я был в ней счастлив.

В мае тридцать шестого я вторично женился. Да, именно на той самой Марии Пооль, с которой меня познакомил Гофман на отдыхе в Померании. Мария оказалась чудесной женщиной. Красивая, статная, ухоженная блондинка, с идеальной бархатной кожей, излучавшая женственность. Сравнивать её с Доррис бессмысленно. Они были противоположностями, разными планетами. Мария мало читала, имела смутные представления об искусстве и архитектуре, избегала разговоров на интеллектуальные темы и о политике. Зато она следила за всеми изменениями моды, выписывала уйму модных журналов, посещала все значимые мероприятия с участием немецких, французских и итальянских кутюрье в Мюнхене и Берлине. Она со вкусом одевалась, всегда идеально выглядела, чем восхищала своих подруг и моих друзей и сослуживцев. Я не жалел денег на её гардероб, ведь я искренне любил её.

При всём этом Мария оказалась прекрасной хозяйкой и матерью. Нет, она не стояла целыми днями у плиты. Мы наняли домработницу и повариху, за которыми строгий надзор осуществляла моя мама. Но по выходным и праздникам, когда мне удавалось сбежать из Берлина в Мюнхен, готовила Мария, а мама ей помогала. Эти две женщины быстро нашли общий язык, подружились и жили душа в душу.

Поначалу я переживал, как сложатся отношения Марии с моей дочерью Инге. И тут вновь надо отдать должное опыту моей мамы и деликатности Марии. Женщины сумели создать в доме атмосферу душевной теплоты и взаимного уважения. Мария относилась к Инге внимательно, но ненавязчиво, как к равной, чем и подкупила. Они часами могли рассматривать журналы мод, обсуждать новинки, выбирая модели для себя, вместе готовили, весело балагуря о пустяках, ходили по магазинам, катались на велосипедах и лодке, зимой занимались лыжами.

Интересно, но моя сестра Мария тоже достаточно быстро подружилась с моей новой супругой. Их объединила общая страсть к автомобилям. Сестра получила от супруга новый BMW. Я же, купивший год назад «форд», не мог себе позволить приобрести ещё один автомобиль и был вынужден отдать свой, которым я и так редко пользовался, Марии, от чего она была в восторге. Две Марии, две белокурые красавицы отныне вместе разъезжали по Мюнхену и окрестностям, приводя в трепет молодых людей.

Тридцать шестой год выдался крайне напряжённым. Кроме основной работы по руководству эскадрильей, пополнению её новыми машинами, полётов с фюрером и другими высшими лицами рейха, Геринг и Гиммлер зачастую включали меня в какие-то комиссии, советы, экспертные группы, что отнимало много времени. Ну, и конечно, шла подготовка к очередному съезду НСДАП, а самое главное – к Олимпиаде. Складывалось впечатление, что пилоты моей эскадрильи вместе с машинами ночевали в воздухе.