Онлайн книга «Браконьерщина»
|
Прощаясь, Михась долго давил мне руку и, словно предупреждая, туманно нудил: — Хорошо тут у вас, пацаны, спокойно! Так спокойно уже давно не живут, а вы не цените. Вы даже лбами ни с кем не стучались, и вдруг всё ваше, как в сказке! Вот же падла: кому борщ вчерашний, а кому жемчуг мелкий, завидую… Он наконец упал в лодочку, выкинув на борт ноги, и Костя, скупо мне помахав, запустил редкий ещё тогда японский мотор. Веньки не было, и где он, я не знал. Забросив на берег Деда и Латка, вернулся на остров. Все «лежачие» места на «природе» и, конечно, мой домик были полны спящего народа, и отвоевать себе даже небольшое место было нереально. Решив пересидеть на природе, подбросил в костёр подсушенного плавуна на долгую ночь. Из Скворцовской палатки торчали чьи-то ноги, покрытые будто мхом жирующими на них комарами. Провёл рукой – ладонь была вся в крови, словно с ног содрали кожу. Нашёл в кладовке дихлофос и тщательно, до мокрого их пропитал. В палатке громко скулил и матерился хозяин этих ног – Скворец. …Наутро те, кто не успел полечиться и отплыть в ночь, опохмелки не получили и недовольные разъехались. Скворец, не доверяя глазам, приставал ко мне. — Скажи, Киря, мне кажется или мои ноги действительно по колени обожжённые, словно я их в костре вчера оставлял на время? Не дожидаясь ответа, он спустился под берег и поливал красные, будто лапы у селезня, ноги водой, стараясь унять боль и зуд… * * * День вынырнул из-под берега, как утром любящий муж из семейной кровати, – сытым, тёплым и бодрым! Я, уже волнуясь, на лодке приплыл до Макара, но Веньки и здесь не было. — Наверное, у берёзы своей чалится, он там маленькое гнёздышко сделал, как норку, и часто туда ускребается думать! Хочешь ползай, ищи его, а меня достало. Я в своих делах разобраться не могу, тут он чё ребёнок. Иногда вроде нормально, а иногда как поймает глюк и молчит, загадочно шарами лупя. Вакула вон хоть дурак, а в сто раз понятней!.. – Сам Юрка молча сидел у обвисшей палатки, запахнувшись в зимнюю шубу, и мёрз, заметно дрожа. — Зубы у него болят коренные. Как на отсидке запустил, так и не хочет лечить. Говорит, скоро выгниют, зачем врачам деньги платить. Вчера-то под градусом забыл про них, сёдне – обратно. Но бухать хорош, до вечера проболеем и нужно работать?! Макар встал и, давая понять, что разговор окончен, полез в палатку. Мне ничего не оставалось, как отчаливать. Ненадёжный на заводку «Вихрь» проигнорировал первый рывок, второй, третий. С завистью вспомнил, как заводится Костин «японец», и решил, что если буду продолжать рыбалку в следующий сезон, кровь из носа – приобрету импортный мотор. Вся инспекция, да уже и много просто рыбаков ходили на такой технике. Мы же с глупым упорством пытались работать на отечественном «ширпотребе» только потому, что у каждого такого «добра» скопилось помногу. Лично у меня было три «Вихря», которые мог менять при любой проблеме. «Забыковал» один, снимаешь, ставишь следующий, ремонтный, и – вперёд. И чтобы заменить такую кучу «родного» железа в прямом смысле всего на один, с надеждой на безотказную работу, нужно было решиться… Я знал рыбака, очень взрослого и профессионального в деле, который уже в позднее время, когда почти у всех была качественная импортная техника, с глупым упорством ходил на нашей. Он работал начальником лодочной базы и, когда все вдруг отказались от «неликвида», у него накопилось его с десяток и он жаловался. |