Онлайн книга «Браконьерщина»
|
Макар не ответил, значит, принял мои доводы?! * * * В середине июля приехали друзья Вадика, и я, за три раза забросив на остров народ, четвёртой ходкой доставил туда полную лодку алкоголя. Только водки было пять ящиков, а всё остальное пространство моего, не самого маленького судна, аккуратно заполнено цветными упаковками импортного пива. Машины ушли в город, а сам Вадик дал полный расклад происходящего. — Больше ничего не нужно. Они приехали просто пробухаться и выспаться, без баб, без дел. По плану, я приеду в понедельник, и если ничего не случится, будешь привозить в лодке по четыре человека, здесь машинка ждёт, и так, по очереди. — А что может случиться, шторм? – Я хотел удостовериться, что не так всё страшно… Вадик усмехнулся как-то грустно, словно с обречённостью. — Может, шторм, может, ураган. Ты не грузись – всё нормально. Но никому об этом не говори, тем более не покажи, где стоят. – Он уже радостно улыбнулся. – А я приеду после, мы тесным кругом отдохнём с вами, без палева… * * * Вообще, «июль – на рыбалку плюй» верно во все времена, потому рыбачат в основном самые неспокойные. Или те, кто только от рыбалки живёт. Но лето никто не отменял, и на острова стремится большая масса отдыхающих, которая, не обладая техникой, мечтает «пожить в природе». Само собой появилась возможность помогать таким за деньги, всего лишь доставляя до места и через оговорённый срок возвращая обратно. Рыбачить совсем, конечно, не бросил, но делал это под конкретный заказ, чаще всего именно для отдыхающих. Иногда вывозил любителей просто покидать спиннинг, опять же, за деньги. Волей-неволей пристрастился жить без каких-то вперёд идущих планов, то есть сегодня – на сегодня. Время ускорилось в своём движении, и события, перехлёстывая друг друга, проносились часто мимо, оставляя в памяти только что-то очень важное, страшное… или глупое. …К нашей стоянке, сделав большой круг, подошла лодка, в которой, заглушив мотор, поднялся высокий бородатый мужик. Я, готовясь к вывозу с острова очередных клиентов, просматривал и заправлял лодку. Поговорив о чём-то с Лёхой, он бросил якорь и, выпрыгнув через борт, ушёл в деревню. Латок, теперь почти всегда находившийся на берегу и чувствующий себя здесь по праву хозяином, подойдя, поделился. — Юрка Борода на Могильном стоит вдвоём с бабой. Мужик хороший, иногда рыбки привозит, иногда по рюмочке с ним… Через десять минут Борода вернулся, и они расположились на Лёхином, специально оборудованном для подобных действий столе. Когда я вернулся первой ходкой и высаживал своих пассажиров, этот Юрка отходил от берега. Он, стоя, как гондольер, на наш манер одним веслом по очереди с двух сторон отгрёбся, положил весло и, опустив мотор в воду, поднятой рукой попрощался с нами. Намотнув верёвку на открытый маховик мотора, резко дёрнул и моментально, сыграв в воздухе ногами, нырнул за борт. Оказалось, Борода забыл выключить скорость, и заведённая лодка сразу пошла. Вынырнул он через секунду и, поправив на голове тюрбан из полотенца, на удивление не слетевший, проорал громко: «Вот чёрт, забыл скорость выключить». Тяжёлый «Прогресс» с тридцатисильным «Вихрем», пройдя ровный пятидесятиметровый круг на средних оборотах, рулил прямо на неудачника. Борода, стоящий по грудь в воде, принял боковую стойку греко-римских борцов и, сгруппировавшись, плечом встретил наскочившее на него плавсредство. |