Книга Слепая зона, страница 141 – Сара Парецки

— Поверь мне, детка, я горячо буду молиться, прося силы небесные убедить тебя не прижимать так свои карты к груди, из-за этого остальным трудно с тобой играть.

В половине шестого Лотти осторожно прикоснулась к моему запястью, прервав тем самым сновидение, которое обычно возвращалось ко мне во время стрессов: я пытаюсь добраться до своей матери через лабиринт медицинской аппаратуры, которая окружала ее во время последней болезни, но трубки от моих прикосновений давали побеги и разрастались, как корни растения, сплетая пластиковые заросли, которые отделяли ее от меня.

— Извини, Liebchen^[4]. Я должна вернуться в Чикаго – в больнице экстренный случай. Но перед отъездом я все-таки посмотрю тебя. – Лотти поколола меня, подняла мне веки и послушала сердце. – С тобой все будет хорошо. Я сегодня поговорю с рентгенологом о твоем компьютерном сканировании, но пока ты не занялась очередными вылазками, лежи и набирайся сил. Помни, тебе требуется много жидкости, но никакого алкоголя, это самое важное.

Спустя несколько минут я услышала, как «бьюик» Макса поехал по подъездной дорожке. Я поднялась и своими негнущимися руками с трудом натянула халат, который заботливый Макс приготовил для меня. Пошатываясь, я поплелась в ванную для гостей. Встала под горячий душ и начала медленно двигать руками, пока не смогла поднять их над головой, потом помассировала затекшие мышцы шеи. Проделав столь примитивную домашнюю гидротерапию, я вернулась в комнату для гостей и продолжила процедуру разминки. Мое настроение не способствовало гимнастическим упражнениям, но если кровь течет энергично, легче противостоять всем неприятностям.

Спустившись в кухню, я увидела Макса за чашкой кофе и с «Нью-Йорк таймс». Он сам отвез Лотти в город – она была без своего автомобиля, а он столько раз видел Лотти за рулем, что не доверил ей собственный.

— Ты хорошо выглядишь, Виктория. Молодчина. Выпьешь кофе?

Я пила обжигающий напиток, пока Макс поджаривал для меня тосты. Он предложил мне часть газеты, но меня в это утро не интересовали новости Нью-Йорка или Югославии, а спортивный репортаж в «Таймс» был скучный. Понаблюдав несколько минут, как Макс читает, я поинтересовалась, когда он собирался поехать за Лотти.

— Я не поеду. Мы заехали к ней домой за ее автомобилем. А что ты хотела?

— Свой автомобиль. У меня есть дела.

Макс отложил газету.

— Тебе нельзя водить машину, Виктория. Я имею в виду, после вчерашнего избиения. Может быть, Конрад отвезет тебя?

— Мне бы не хотелось беспокоить его так рано, особенно когда он ночует у матери.

«И особенно после последнего ночного разговора», – подумала я.

— А твои дела не могут подождать?

Вертя в руках стакан апельсинового сока, я сказала ему, что хочу съездить на строительную площадку «Хоум фри» сейчас, пока еще достаточно рано и там никого нет.

— Если я отложу поездку до завтра или даже до середины сегодняшнего дня, я рискую наткнуться там на Энтона или Карпентера.

Блеск очков Макса скрывал от меня его глаза, сохраняя в тайне мысли.

— Ты знаешь, Лотти определенно была бы против такого вояжа.

— Я знаю: именно из-за этого наши отношения с ней такие натянутые. Быть может, после этого случая я наконец выкину белый флаг и займусь недвижимостью или преподаванием итальянского.