Книга Слепая зона, страница 18 – Сара Парецки

— Знаю, знаю, – сказала я мистеру Контрерасу, – вашим собачкам хочется побегать, но взгляните на улицу – сейчас очень скользко. В течение дня потеплеет, ведь это апрель, потерпите, пожалуйста. Даю слово, что побегаю с ними вечером, что бы ни случилось… Сейчас приготовлю кофе, не зайдете выпить чашечку?

— У меня уже горячий, детка. Почему бы тебе не зайти попробовать моего?

Кофе у старика всегда имел привкус дегтя, разбавленного бензином. Отчаянно импровизируя, я сказала, что дома поставила кипятиться воду и должна уже вернуться. Через десять минут он пришел ко мне в кухню, держа в руках тарелку с липкими сладкими булочками с изюмом, а собаки крутились у него под ногами.

Это было единственным светлым пятном за весь день.

В полдень во время перерыва между встречами я тщетно старалась пробудить в себе интерес к поручению Фиби и Камиллы. Я включила компьютер и попробовала прояснить для себя несколько вопросов, но мой мозг, казалось, был чист, как нетронутый лист бумаги. Я наблюдала за служащим, перебирающим бумаги в здании напротив. Бесконечный поток бумаг – из почтовой сумки в папку и опять в почтовую сумку – напоминал мне мою рутинную работу. Отобрать вопросы, сделать указания, просмотреть LEXIS, получить экономический отчет. Прошел еще один поезд. Снова с крыши слетел голубь и, сев на окно, загородил служащего.

Раздался резкий телефонный звонок, и я была рада наконец-то прервать свое занятие, но Лотти сообщила мне плохие новости:

— Твоя подруга миссис Хаукингс исчезла. Она забрала детей, при этом украв обувь, принадлежащую другим семьям в больничной палате.

Потрясенная, я плохо понимала, что мне говорят. Когда Лотти раздраженно повторила мне все, я глупо спросила о подробностях.

Дело было так: около десяти часов утра пришла представитель муниципальной службы, чтобы поговорить с Теймар и детьми. Она, конечно же, согласилась с требованием женщины ничего не сообщать ее мужу, но сказала, что до тех пор, пока Теймар не сможет доказать, что у нее есть постоянное жилище для детей, хотя бы приют, они должны будут определить их в детский приемник.

— Великолепно! – сказала я. – Волшебные слова. Кажется, вчера вечером мне казалось, мы с персоналом больницы поняли, что нельзя угрожать ей разлукой с детьми. Теймар идет абсолютно на все, лишь бы дети остались с ней. Теперь она ни за что не отдаст их нам.

— К сожалению, это была не угроза, Вик. Они действительно хотят забрать у нее детей, потому что она не должна опять отправиться с ними жить в подвал.

— Теймар на это не согласится. – Как будто свинцовые кирпичи навалились мне на плечи. – Я буду следить, не вернется ли она сюда. И попрошу полицейских начать поиск пропавших. Но все-таки нельзя отправить ее в заключение; я не знаю, что мы можем сделать для нее в этой ситуации… Нужно во что бы то ни стало найти место, которое будет домом для нее и ее детей.

— Китайцы говорят в таких случаях: «Если ты спас утопающего, ты отвечаешь за него всю жизнь», – сухо сказала Лотти, на этой мрачной ноте закончив разговор.

Остаток дня превратился в сплошной кошмар; завершающим аккордом прозвучал званый обед у Дердри. Все мои надежды решить проблему Теймар Хаукингс мгновенно рухнули, стоило мне увидеть хозяйку дома.