Книга Смертельный удар, страница 116 – Сара Парецки

Она помогла мне ускорить выписку, ибо была знакома с большинством медицинских сестер на этаже. Их враждебность ко мне немного поубавилась, когда они увидели меня рядом с ней. Держа фарфоровую вазу Макса, я и Кэрол, тащившая горшок с геранью, прошли по длинным коридорам к месту парковки машин персонала на задний двор госпиталя.

Моя голова, казалось, была набита ватой и не принадлежала моему телу. Я тоже отрешилась от всего окружающего. Прошло только два дня с моей злополучной пробежки, но я чувствовала себя так, словно была оторвана от мира на месяцы. Мои ботинки казались мне новыми и чужими, и я не ощущала своих джинсов, обычно плотно облегавших тело. В том, что они сидели не так плотно, можно было винить последние несколько дней — я потеряла добрых пять фунтов за это время.

Когда мы добрались до моего дома на Расин, мистер Контрерас ждал меня. Он привязал на шею Пеппи большую красную ленту и вычистил ее золотисто-каштановую шерсть так, что она сверкала в пасмурный серый день, словно в лучах солнца. Кэрол вручила меня им, еще раз поцеловала и откланялась при входе.

Я предпочла бы побыть в одиночестве, чтобы привести в порядок свои мысли, но мистер Контрерас заслужил право позаботиться обо мне, и я покорилась. Он взял меня под руку, подвел к креслу, снял ботинки и, усадив, мягко подоткнул шерстяное одеяло под мои ноги, укутав мне колени. Он приготовил живописный поднос с фруктами и сыром и поставил его около меня, не забыв и про чайник.

— Теперь, дорогая, я оставляю ее высочество здесь, чтобы она составила вам компанию. Если захотите чего-нибудь, вам стоит только позвать меня. Я записал свой номер и оставил его рядом с телефоном, чтобы вам не искать его. И прежде чем вы сунетесь головой в новое ужасное предприятие, дайте мне знать. Я не должен вертеться около вас — я знаю, что вы этого не любите, — но кто-то должен знать, где потом искать вас. Вы лучше пообещайте мне это, или мне придется нанять детектива, чтобы он сопровождал вас.

Я протянула ему руку:

— По рукам, дядюшка.

Почетное обращение так взволновало его, что он строго заговорил с собакой, объясняя Пеппи ее обязанности в отношении меня, затем похлопал меня по больному плечу и направился вниз по лестнице в свою квартиру.

Я не большой любитель чая, но мне было приятно оставаться там, где меня усадили. Я налила себе чашку, добавила побольше сливок и принялась поедать виноград, поочередно отщипывая ягоду то себе, то собаке. Она сидела на задних лапах, наблюдая за мной немигающими глазами, едва дыша, преисполненная серьезности, сознавая собственные обязанности, а заодно удостоверяясь, что я не собираюсь вновь исчезнуть, забыв про нее.

Я напрягла свою утомленную память, возвращаясь к периоду до совершения нападения. Только три дня прошло, а нервы мои взвинчены, как будто я переживала напряжение годы. Когда болит каждая мышца, трудно целостно воспринимать окружающее.

Мне посоветовали убраться из Южного Чикаго в понедельник ночью. В среду со мной расправились более эффективно. Это значит, что я что-то сделала во вторник, за чем и последовала незамедлительная реакция. Я нахмурилась, пытаясь вспомнить все, что случилось в тот день.

Я нашла отчет о страховании Юршака и поговорила об этом с Роном Каппельманом. Я также оставила сообщение для молодого Арта, намекнув, что располагаю важными бумагами. Это были подлинные документы, и выходило заманчиво, что они содержали нечто настолько опасное, что люди готовы тебя убить, лишь бы сохранить это в тайне. Трудно добиться правды от Каппельмана, если он скрывает что-то, но Юршак — такой хрупкий молодой человек… Я подумала, что смогла бы выбить какие-то факты из него, если бы сумела найти его. Если только он еще жив.