Книга От войны до войны. Потаённые смыслы эпохи, страница 108 – Анатолий Салуцкий

Надел очки, выжидательно посмотрел на Кедрова.

Кондрат вмиг понял много больше, чем ждал от него Глаголев. Бывшая советская номенклатура, ушедшая в глубокое подполье после разгрома державы, не желавшая плясать на развалинах великого прошлого, пошла на службу к новым хозяевам жизни не только ради выживания. Время расшифровало генетические коды. Так же после революции 17 года царские спецы, в душе и в сознании не приняв советскую власть, перепряглись и «влили свой труд в труд республики», чтобы тащить страну из разрухи, чтобы Россия воспряла из нетей. Снова вспыхнула мысль, посетившая при рождении внука: Никитка успел родиться в СССР! Так и они – Филипп Бобков, Кондрат Кедров, пусть не тысячи, всего лишь сотни бывших фронтовиков, ещё способных держать строй, взяв из прошлого огонь, а не пепел, готовы очеловечивать рыночную стихию, не позволяя разрушить связь времён, возрождая державу пусть в ином обличье, но – потомком могучего СССР.

— Понимаете ли, Владимир Сергеевич, по домашним обстоятельствам я не имею возможности вседневно трудиться в аппарате.

Глаголев всё понял, утвердительно кивнул головой.

— Да, да, да… Но вы же знаете Филиппа Денисовича, он человек о-очень предусмотрительный, учёл разные варианты. В частности, заранее спланировал, что должность консультанта не обязательно сопряжена с каждодневным пребыванием в конторе. Это в ЦК консультанты сидели от и до, я сам через эту сладкую каторгу прошёл. Аналитикам акционерного холдинга день-деньской протирать штаны незачем. – Широко улыбнулся, сказал, как о деле решённом. – Кондрат Егорович, лично я очень рад, что мы с вами будем работать в одной упряжке. Коллективчик подбирается ничего себе…

Кедров подал руку.

— Свадьба!

Они дружески попрощались до установочной встречи на девятом этаже небоскрёба-небосклепа бывшего СЭВ, у Москвы-реки, – этаж арендовал мозговой штаб МОСТа. Ни предвидение, ни провидение не подсказало ни Кедрову, ни Глаголеву, что именно этому «коллективчику», в смутное время сплотившему осколки партийно-гэбэшной номенклатуры прошлой эпохи, предстоит разгадать одну из трагических исторических загадок послесталинского СССР. Разумеется, они не занимались архивными исследованиями, журналистскими расследованиями или служебными проверками. Они просто свели воедино багаж секретных знаний на этот счёт, которыми по долгу прежней службы владели порознь, которые раньше составляли государственную тайну и которыми теперь, после распада страны, можно было делиться с единомышленниками.

В отличие от советских теневиков и цеховиков, вынужденных таиться и лицемерно скромничать, новая денежная элита России, наоборот, страстно жаждала звонко заявить о себе. Первые шальные деньги она тратила на вояжи за кордон, где по паре бутылок заказывала голубое шампанское с перламутром, а «Вдову Клико» требовала дюжинами, приводя в замешательство персонал пятизвёздочных отелей. Получив прозвище «новых русских» и обзаведясь репутацией «ослов, гружённых деньгами», насладившись безбрежной финансовой свободой, накурившись кальянов и хлебнув западных безумств для избранных, а заодно нюхнув веществ, расширяющих сознание, денежная элита в победном угаре возжелала круто показать себя и в родных пенатах.

Жили с азартом.