Книга Связной Хрущева, страница 15 – Олег Рой, Андрей Орлов

Заинтригованный, он вернулся в посольство – не такая уж дальняя дорога. Глава резидентуры Слуцкий Константин Васильевич еще не покинул рабочее место, просматривал сшитые бумаги, делал размашистые пометки на полях. Он имел крайне недовольный вид. Дверца сейфа за спиной была приоткрыта. Резидент был в годах, но полон сил и свою работу знал досконально. Покосился без одобрения на вернувшегося работника, потянул носом.

— Повествуй, Георгий Никитович. – Слуцкий закрыл папку. – Раз вернулся вечером в пятницу, да еще с этим… – Он выразительно поводил по воздуху ладошкой. – Значит, имеешь что сказать.

Он слушал молча и по мере повествования становился каким-то каменным. Выслушал, не перебивая, воззрился въедливым взглядом.

— С каких это пор мы ведемся на провокации, Георгий?

— Я не уверен, что это провокация, Константин Васильевич.

— А что же еще? – Резидент не менял тональности. – Чистого рода провокация и ничего другого. Пусть даже твой Холлман не врет – объясни, о чем могут разговаривать Роберт Кеннеди и офицер военной разведки Советского Союза? Ты же не думаешь, что они не знают, кто ты такой? Избранный ты наш, – не удержался резидент от поддевки. – Кто тебе этот Холлман? Ладно, друг – что уже само по себе странно. Пусть он порядочный, нормальный и реально испытывает к тебе дружеские чувства. Но он здесь живет, у него семья, дети, работа, которой он дорожит. Встанет вопрос: ты или все перечисленное – что он выберет? То-то и оно. Пойми, Георгий, они сейчас уязвлены тем, что их сунули в дерьмо в связи с нашей космонавтикой. Они такого не ожидали. И провокации будут, уверяю тебя. То, что предлагает твой дружок, – это нонсенс, такого никогда не было и никогда не будет. Тем более это выходит за рамки наших полномочий. Наше ведомство занимается другими делами – если забыл, то изучи свод инструкций и положений. Не приходит в голову, что собираются скомпрометировать не только нас, но и президента Кеннеди? Ты знаешь про его не очень дружеские отношения с ФБР, ЦРУ, а тем более с Пентагоном. Мы же не хотим, чтобы его подвергли импичменту, а взамен посадили какого-нибудь ястреба?

— Но случаются нестандартные ситуации, Константин Васильевич… Можете хотя бы доложить о случившемся руководству?

— Ну, разумеется, я доложу руководству. – Резидент раздраженно всплеснул руками. – И доложу не когда-нибудь, а сразу после твоего ухода. Руководство обязано знать о подобных провокациях. Пусть узнают, посмеются… Нашей стране, да и нам с тобой, не нужны ведь неприятности, Георгий? – Резидент пытливо изучал собеседника. – Я запрещаю давать согласие Холлману и выходить на контакт с кем-либо приближенным к администрации президента. Это приказ, все понятно?

— Я понял, Константин Васильевич. Никаких несанкционированных контактов. Может быть, вы правы, ни к чему нам лишняя головная боль…

Из таксофона у посольства он позвонил Холлману. Журналист уже добрался до дома, наслаждался общением с родными. Фоном работал телевизор, звучали женские голоса.

— И снова добрый вечер, Фрэнк, – ровным голосом произнес Георгий. – К сожалению, коллеги отклонили идею нашей совместной статьи, посчитали ее неуместной и нарушающей правила. Лично я считаю, что идея была неплоха, но мнение коллектива, увы, закон. Возможно, когда-нибудь мы вернемся к рассмотрению данного вопроса.