Книга Связной Хрущева, страница 78 – Олег Рой, Андрей Орлов

Лето еще не кончилось. В Москве стояла жара, плавился асфальт. Люди искали тень. При возможности устремлялись к воде. Ностальгия еще не замучила – он приезжал сюда меньше года назад. И все равно все было необычно, ново. Новые микрорайоны на подступах к столице – возвышались светлые многоэтажные здания. Зеленели парковые зоны, высились новые виадуки через трассу на Шереметьево. Водитель, присланный из управления, невозмутимо крутил баранку новенькой «Волги ГАЗ-21». Москва зеленела и сверкала в солнечных лучах. Транспаранты, призывающие неустанно следовать курсом партии, органично дополняли городскую среду. Крупных репрессий, похоже, не предвиделось. На Хорошевском шоссе его встретили как родного. Генерал Спиваков пожимал руку, хлопал по плечу, благодарил за службу. Устный отчет отнял несколько часов – присутствовали несколько человек. «Письменного рапорта не требую, – поставил в известность генерал. – Ты не Лев Толстой, чтобы писать эту «Войну и мир». Но под запись ты нам, дружок, расскажешь все». Только к вечеру он вырвался на волю, оставив в задумчивости группу ответственных товарищей. «Можете отдыхать, Георгий Никитович. Но советуем не расслабляться. Оставайтесь на связи». Тот же водитель отвез домой на проспект Мира. Дом располагался в глубине квартала, недалеко от ВДНХ. Ходил по пустым комнатам, где никто не жил, гадал, как бороться с пылью. Ведомство в его отсутствие вносило квартплату – работало электричество, текла вода, функционировал телефон. Такое ощущение, что здесь витали призраки прошлого. Родители умерли, сестра проживала бог знает где. Рады бы общаться, но как? На генеральную уборку ушло минут сорок – и то много. Ликвидировал пыль, вымыл полы. Снова неприкаянно слонялся, борясь с мрачными мыслями. Все мысли были далеко, смена обстановки на пользу не шла. Забрался зачем-то в холодильник, обозрел пустые полки. Словно джинна вызвал: в прихожей прозвенел звонок, и в квартиру вторгся знакомый водитель с двумя тяжелыми авоськами.

— Срочная доставка, Георгий Никитович, – прокряхтел он, пристраивая авоськи в угол. – Начальство приказало купить вам продукты – так что нате вам. За деньги не волнуйтесь, бухгалтерия оплатит.

— А что, растроган, – оценил Большаков. – Спасибо, дружище, с меня причитается.

— Бросьте, – отмахнулся «доставщик». – Всего лишь выполнял приказ. Приятного аппетита, товарищ полковник. Все свежее, с колхозного рынка: телятина, курица, яйца, колбаса, сметана. Теперь не пропадете. Ну, наше вам с кисточкой.

Пожали руки, и посланник светлых сил испарился. Настроение улучшилось. Напевая под нос, он загружал продукты в холодильник. Все для автономного плавания добрый человек, конечно, не предусмотрел, предстояло совершить вояж по окрестным гастрономам. По имеющейся информации, привольнее в них не стало, но определенный перечень продуктов всегда присутствовал. Разгуляться можно было только на рынке.

На лестничной площадке он столкнулся с молодой особой – она управляла тяжелой коляской, въезжала в соседнюю квартиру. Большаков помог. В коляске что-то всплакнуло – но без последствий. Проконсультироваться бы надо, – мелькнула странная мысль, – что такое дети и как с ними обращаться. Соседка задумалась, разглядывая смутно знакомое лицо.