Книга Спаси меня, если сможешь, страница 157 – Сара Ривенс

Дыхание сбилось, стала накатывать паника.

— Я ждала мальчика, который мне нравился в колледже… Джордана Уайетта… Но он не пришел. Вернее, пришел позже. И не один… А дальше все случилось очень быстро.

И тут Кай мягко притянул меня за руку к себе.

Ч… Что?

На меня обрушился шквал эмоций, когда он прижался ко мне. Такого я от него не ожидала, но не стала противиться. Его руки осторожно обвились вокруг моей талии, и мое сердце сорвалось в галоп.

Боже…

Он почувствовал, что я замерла, все еще в шоке от его объятий, и сразу отстранился.

— Ты… сильно дрожала… И я просто… – заикаясь, пробормотал он.

— Нет, вернись, – перебила я. – Вернись… пожалуйста.

Сердце колотилось. Я взяла его руки, показывая, что тоже этого хочу. Он напрягся, но снова осторожно привлек меня к себе. Нам обоим было неловко и непривычно.

Что вообще происходит?

Пульс не успокаивался. Я чувствовала его кожу, грелась в его тепле.

— Я не знаю, п-правильно ли… делаю, – признался он дрогнувшим голосом, – но Джейкоб в-вроде… ну… сказал делать так.

Сердце у меня растаяло – он следует советам друга, потому что не знает, как себя вести. Его подбородок коснулся моей макушки, он обнял меня, словно пытался защитить от воспоминаний.

— Их было четверо, – продолжила я. – Трое мальчиков и девочка… она снимала. Они толкнули меня на пол. Я была слишком тощей… хотя я и сейчас тощая, а тогда прямо совсем… Один сел на меня и схватил за волосы. Я кричала, но они держали меня за руки, чтобы я не дергалась.

Горло сжалось сильнее, меня била дрожь. Кай вдруг обнял меня еще крепче.

— И… у них была такая… ложечка, – прошептала я, чувствуя, как слезы застилают глаза.

С губ сорвался сдавленный всхлип, к горлу подкатила тошнота. Воспоминание было слишком ярким – казалось, будто все это происходит снова, и я уткнулась головой в ложбинку на его шее.

— Они хотели выскрести мне глаза… этой ложечкой.

Мои слезы закапали на его кожу, но он взял меня за руку и стал поглаживать большим пальцем мой указательный.

Так же, как я успокаивала его, обрабатывая раны.

Словно это было единственным, что он умел.

Воспоминания были такими четкими, как если бы это случилось вчера. Их смех, телефон, на который всё снимали, удары, чтобы я не двигалась. Руки на моих запястьях и мальчик, сидящий на мне.

— В твоем мире водятся чудовища похуже, чем в моем, – пробормотал Кай.

Он уже говорил это прошлой ночью. И теперь я понимала.

— Я никогда не сделаю плохо твоим глазам. Обещаю.

Искренность в его голосе заставила меня расплакаться еще сильнее. Больше всего на свете я боялась поранить глаза. Поэтому я их не показывала – меня трясло от мысли, что я могу еще раз пережить такое.

— Я не умею утешать, – глухо признался Кай. – Но, если это поможет… Меня тоже травили в школе, потому что я… Я сильно заикался.

— А я и не замечала, что ты заикаешься, – прошептала я, все еще прижимаясь к его шее.

Он заикался так редко, что я могла пересчитать эти моменты по пальцам одной руки.

— Это да, сейчас такого почти не бывает… Но да, надо мной тоже издевались… Джейкоб сказал, если ты знаешь, что кто-то пережил похожее, это помогает, так что вот…

Но единственное, что сейчас занимало мои мысли, – это его старания меня утешить.

— Да… и правда успокаивает, – подтвердила я. Кай все так же гладил мою руку. – Это грустно… но все равно утешает. Ты еще иногда заикаешься?