Книга Спаси меня, если сможешь, страница 159 – Сара Ривенс

Нилам протянула мне наушник, и я, поморщившись, всунула его в ухо. Эта вечеринка обещала быть еще более стрессовой, чем предыдущие, а я даже не знала, что должна делать.

Мы услышали, как в гостиной открылось окно.

— Вернулся наконец, – сказала Нилам.

Сердце у меня забилось.

Кай был здесь.

Перед ним я чувствовала себя уязвимой. Я раскрыла ему часть своего прошлого, и он, конечно же, воспользуется этим против меня. И чего меня понесло распинаться перед ним, зачем я пыталась что-то выведать? Почему я позволила обнимать себя?

Дура, дура, дура…

Мне хотелось биться головой об стену.

— План меняется, – услышали мы его твердый голос из гостиной. – Лиза идет со мной.

Сердце ухнуло в пятки. Что?

— И Тайко тоже.

Нилам уже объяснила, что цель Кая – собрать информацию, которую могут слить на вечеринке. Моя задача – создать приятный антураж. Однако я почувствовала, что расклад изменился. Мы не ограничимся сбором сведений.

— Иди поешь, я приготовила пасту с сыром! – окликнула его Нилам. – Твое любимое.

Его любимое? Я тоже обожаю пасту с сыром.

Вау, какое совпадение.

Заткнись.

Шаги Кая приближались к комнате Нилам, где мы сидели, и сердце у меня билось все чаще.

— То есть мне тоже собираться? – спросила Лиза громко, чтобы он услышал.

— Да, – ответил Кай уже ближе, – и давай быстрее, а то опоздаем.

Он вошел в комнату, и я попыталась поймать его взгляд. Взгляд, который так и не остановился на мне, словно меня не существовало. Вот дерьмо. Мне стало очень не по себе.

— Айрис пойдет со мной, ты появишься с Тайко, – начал он, прислонясь к стене. – Задание изменилось, мне дали зеленый свет, так что держитесь поблизости.

— Ладно, пойду, – быстро сказала Лиза, хватая парик со столика рядом со мной.

Кай достал из пачки сигарету и молча прикурил. Сомнений не было: меня он игнорировал.

Нилам встала, прокашлялась и заявила, что поможет Лизе, после чего вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Наступившая тишина показалась оглушительной. Я взглянула на Кая. Уставившись в пол, тот курил и о чем-то думал. Я съежилась. Что я сделала не так?

Дыхание перехватило, когда он стянул с себя кожанку, затем футболку.

— Ты еще долго собираешься здесь торчать? – неожиданно бросил он.

Сердце екнуло. Я медленно поднялась со стула, наблюдая, как он берет свои вещи с кровати Нилам. Стоя ко мне спиной, Кай надел рубашку. Я успела заметить лишь угрожающе разинутую пасть кобры.

— Знаешь… ну… насчет вчерашнего…

Я никак не могла подобрать слова. Кай не ответил, и узел в животе затянулся еще сильнее. Он сел на кровать с телефоном в руке, так и не взглянув на меня. Я тяжело выдохнула. Меня накрыло самое ненавистное чувство – когда тебя игнорируют. Так вела себя мать всякий раз, когда я косячила или делала что-то, что ей не нравилось. И молчание могло длиться неделями.

— Кай…

— Выйди, – резко перебил он.

Я окаменела. Он буквально отказывался говорить со мной о том, что произошло накануне. Сбывался мой худший кошмар. Что я сказала или сделала не так? Бедный. Он решил, что я тупая? Убогая? И поэтому обнял меня? Ему стало жаль меня и моего несуразного прошлого?

— Я…

— Что – ты? Не о чем тут говорить, – снова перебил Кай, впервые со вчерашнего дня удостоив меня взглядом. – Я обдолбался, нес и делал всякую херню. Трезвым я бы никогда такого не сделал.