Книга Хрустальная пробка, страница 52 – Морис Леблан

Гроньяр и Балу завернули Добрека в одно из одеял и крепко связали.

— Готово, – воскликнул Люпен, поднявшись с пола одним прыжком.

Он подбежал к Клариссе, быстро обнял ее обеими руками и звонко расцеловал в обе щеки. Потом он склонил перед ней колено и почтительно произнес:

— Чего желает мадам? Помилования сына? Решено и подписано. Сударыня, предлагаю вам помилование вашего сына с заменой смертной казни пожизненной каторгой, а затем побег.

Встав с колен, он внимательно осмотрел весь номер. Взгляд его остановился на камине. Там лежал еще не начатый пакет табака. Глаза Люпена заблестели.

— Внимание, – сказал он и сорвал с пачки печать.

Затем он вскрыл пакет и с помощью указательного и большого пальца медленно, осторожно, как настоящий фокусник, вытащил нечто и показал зрителям.

Кларисса радостно вскрикнула.

Это была хрустальная пробка.

Кларисса кинулась к Люпену и вырвала ее.

— Это та самая, та самая! – восклицала она, как в лихорадке.

Она так дрожала, что Люпен взял у нее пробку и сам развинтил ее.

Внутри головки было углубление, и в нем лежал кусок бумаги, свернутый в шарик.

— На тончайшей бумаге, – сказал он.

Наступило молчание. Люпен развернул бумажку.

Одна под другою были выписаны двадцать семь знаменитых фамилий: Ланжеру, Дешамон, Воранглад, д’Альбюфэ, Лейбад, Мержи и другие. А под всеми ними подпись председателя Совета управления Каналом, подпись цвета крови.

— Без четверти час, – сказал он. – В нашем распоряжении добрых двадцать минут. Поедим, я умираю с голоду.

Люпен уселся перед столиком, отрезал себе большой кусок паштета и сказал:

— Кларисса, Гроньяр, Балу! Приготовьте бокалы! Нас угощает депутат Добрек. Полусухое, сухое? А может быть, «Экстра Драй»?

Окончив завтрак, Люпен приступил к делу.

— Гроньяр, носильщик ждет тебя на улице Гамбетта с тележкой и корзиной, которую мы купили. Приведи его сюда и вели внести корзину. Если в отеле будут спрашивать, для кого она, скажи, что к даме в номер сто двадцать два.

Потом он обратился к Балу:

— А ты, Балу, отправляйся в гараж за машиной. В цене мы сошлись. Вот тебе десять тысяч франков. Сразу приезжай к отелю.

Затем спросил у госпожи Мержи:

— У вас есть чемодан?

— Да, я купила в Ницце немного белья, туалетных принадлежностей и чемодан.

— Приготовьте все это. Спуститесь в контору. Скажите, что вы дожидаетесь носильщика с корзиной и что вам нужно переложить вещи у себя в комнате. Потом сообщите, что вы уезжаете.

Гроньяр вернулся раньше всех. В комнату Клариссы втащили огромную новую корзину. С помощью Клариссы и Гроньяра Люпен перетащил Добрека и посадил в корзину, немного наклонив ему голову, чтобы можно было закрыть корзину. Затем он открыл флакон, смочил маску, а Кларисса и Гроньяр в это время обложили депутата со всех сторон бельем и дорожными подушками.

— Превосходно, – заключил Люпен. – В такой упаковке можно смело объехать вокруг света.

Явился Балу:

— Автомобиль подан, патрон.

— Хорошо, отнесите корзину вниз.

Люпен прошел в соседнюю комнату, затворил вторую половинку двери, закрыл задвижку, затем вышел и спустился в лифте в контору отеля.

Там он заявил:

— Господин Добрек спешно отозван в Монте-Карло. Он просил меня передать вам, что вернется только послезавтра. Комнату просил оставить за ним, так как там все его вещи. Вот ключ.