Книга КГБ. Бывших не бывает?, страница 11 – Валерий Пирогов

Об этом он заявил английским разведчикам, но они были несговорчивы:

— Не паникуй, никто тебя не ищет. Надо вернуться. Через месяц твое возвращение в Москву. Тебя ждут новая должность в Генштабе и существенное повышение гонорара в швейцарском банке от нас…

— Не паникуй?! Слушайте! – Резун снова набрал телефон дежурного в резидентуре и истерически прокричал: – Я Резун, кто меня ищет, в чем меня подозревают!?

После этого в резидентуре действительно начались поиски беглеца, и у англичан не было другого выхода, как срочно вывезти его в Великобританию.

Только по прилете в Москву сыну Шевченко Геннадию сообщили, что его отец остался в США. По указанию начальника Второго главка КГБ генерала Григоренко Геннадия под чужой фамилией устроили в Институт государства и права.

Что касается Аркадия Шевченко, то в КГБ уже в 1975–1976 годах почувствовали, что в составе советской колонии в Нью-Йорке есть предатель. В первую тройку тех, на кого пало подозрение, входили постоянный представитель СССР при ООН Трояновский, посол в США Добрынин и заместитель Генерального секретаря ООН Шевченко (!).

Данные о подозрениях в отношении Шевченко сотрудники КГБ неоднократно направляли в Управление внешней контрразведки (Олегу Калугину), где их принимали весьма неохотно. На это были веские причины. Громыко, получив информацию из КГБ, был категоричен и вынес вердикт: «Шевченко вне всяких подозрений!»

Мало того, через Брежнева он ввел для Шевченко специальную должность – заместитель министра по вопросам разоружения. Сын Шевченко впоследствии предал гласности пикантные подробности: в 1976 году, когда его отец уже год официально работал на ЦРУ, жена Шевченко водила жену Громыко по магазинам Нью-Йорка и на деньги мужа покупала ей дорогие подарки.

После побега Шевченко Андрей Андреевич Громыко на вопрос Андропова не мог вспомнить, был ли у него помощник по фамилии Шевченко, хотя тот во время работы в МИДе был его доверенным советником, в том числе по связям с КГБ. Очевидно, что Громыко не тронули, потому что он был козырной картой Брежнева в борьбе за власть в Политбюро, сначала против Хрущева, а затем против Косыгина и набирающего силу Андропова.

Жена Шевченко вскоре свела счеты с жизнью на даче в подмосковном поселке Валентиновка, где её обнаружили в углу большого шкафа среди многочисленных шуб и дубленок сын Геннадий и приехавшие с ним сотрудники КГБ. По просьбе Громыко её похоронили на Ново-Кунцевском кладбище (филиал Новодевичьего) под звуки Гимна Советского Союза.

Американцы дорого оценили предательство Шевченко. В 1991 году он имел в США три больших дома. Самый большой, обставленный дорогой антикварной мебелью, стоящий около 1 млн долларов, был подарен ему ЦРУ. На Канарских островах у него была четырехкомнатная квартира.

На родине Шевченко судили заочно. Суд приговорил его к высшей мере наказания.

В 1992 году Шевченко женился на советской гражданке, которая была моложе его на 23 года. Она прожила с ним 4 года и за это время сумела полностью его разорить. Вскоре после развода с ней, 28 февраля 1998 года, Шевченко умер от цирроза печени в полупустой съемной однокомнатной квартире. Его похоронили в Вашингтоне на территории церковного прихода отца Виктора Потапова.

Аркадий Шевченко в свои 67 лет был бодрым цветущим мужчиной, он недавно женился в третий раз на молодой женщине… и скоропостижно умер.