Онлайн книга «КГБ. Бывших не бывает?»
|
С этого дня работа на шестом и седьмом этажах на Лубянке закипела. Контрразведчики, особенно в Первом отделе, понимали, что начальство неспроста «напрягло» их. Значит, есть конкретные данные… Получив задачу от руководства отдела, подполковник Ткаченко собрал подчиненных оперработников и довел до них полученную информацию: — Руководство Комитета поставило перед военной контрразведкой задачу – усилить противодействие проникновению вражеской агентуры на особо важные объекты, в том числе в Генеральный штаб и в ГРУ. Я попрошу тех, кто отвечает за оперативные подразделения ГРУ, особенно работающие на направлениях – США и стран Западной Европы, а также в Военно-дипломатической академии и в аналитических подразделениях обратить особое внимание на лиц, выезжавших в загранкомандировки и имевших подозрительные контакты с представителями спецслужб. Составьте списки таких лиц и всю имеющуюся на них информацию. Материалы доложить мне к концу недели. Если будет что-то, заслуживающее оперативного внимания, – немедленно! Вопросы есть? Вопросов нет. Выполняйте! Ходарева попрошу остаться… Сотрудники отделения привыкли, что начальник обычно завершает свой короткий инструктаж тем, что просит Ходарева остаться. Оставшись наедине с Иваном Филипповичем Ходаревым, который два года назад сменил его на объекте оперативного обслуживания – Военно-дипломатической академии, Ткаченко решил поделиться с ним своими соображениями в отношении полученного задания. Кроме того, они были земляками и дружили уже несколько лет. — Знаешь, Иван Филиппович, дело тут не в банальном нагнетании обстановки, что у нас нередко происходит. Похоже, что или Второй главк, или Первый главк нарыли что-то конкретное. Где-то у нас сидит шпион, а может, несколько, но нам не говорят, где и кто, чтобы мы не расслаблялись и искали везде, вдруг найдем еще и других «кротов». Ты как думаешь? — А что тут думать? Независимо от этого нам все равно надо искать на своих объектах. Ты сам как думаешь, в ВДА может быть шпион? — Думаю, может. Конечно не среди слушателей, а среди преподавателей, ранее проходивших службу за границей, запросто! Ты подними данные на всех, выезжавших за границу за последние десять лет. Они есть в литерном деле на ВДА и в моей старой рабочей тетради. Не уничтожил? — Обижаешь, начальник! Как уничтожить твой кладезь мудрости, ты знаешь, что подчиненные за глаза называют тебя «Наша мысль». — Забудь об этом. Всё. Просмотри материалы и приходи вечером. Покумекаем вдвоем! Обрати внимание также на выпускников Академии, которые сейчас находятся за границей, может, было что-то сомнительное в их поведении во время учебы. Не только связи, но и личные качества, пьянство, карьеризм, зазнайство, сложности с общением в коллективе. — Договорились! — А как насчет партии в шахматы?! – предложил начальник. — Что-то нет сейчас настроения… Давай лучше вечером! А вообще, ты знаешь, что я не игрок, а подсказчик. Со стороны вижу шахматную партию, как гроссмейстер, и подсказывать могу, а сам, извини, могу только проигрывать, – развел руками Ходарев. — Добро, тогда вечером жду, проиграешь мне для поднятия настроения… Ретроспектива Время на самом деле в стране было смутное. В народе это ощущалось слабо, эпоха застоя со смертью Леонида Ильича в ноябре 1982 года еще не закончилась. Андропов попытался разбудить и встряхнуть страну, взбудоражив её, как это принято теперь говорить, новыми противоречивыми «месиджами»: с одной стороны, укреплением дисциплины, а с другой – снижением цены на водку. Но его физические силы были на исходе, он думал о замене и, кажется, уже отчетливо видел преемника в Горбачеве. Хотя высшее руководство партии, Политбюро, имело на этот счет другую точку зрения. В феврале 1984 года главой государства стал Черненко. В это время КГБ возглавлял генерал армии Чебриков, а Министерство обороны – маршал Соколов. |