Книга КГБ. Бывших не бывает?, страница 186 – Валерий Пирогов

Евгений Евгеньевич через пару недель приехал к нему в ГУК. В просторном кабинете на втором этаже, пока адъютант ходил в картотеку за личными делами военачальников, они попили чаю, сыграли партию в шахматы, поговорили о литературе и писателях.

Посмотрев несколько красных папок и погрузившись в историю жизни и военной карьеры этих выдающихся людей, Евгений Евгеньевич понял, что мы действительно не знаем свою историю и еще долго не будем знать о том, что в ней было на самом деле. Бочаров разрешил ему сделать выписки из нескольких личных дел, но предупредил, чтобы он не ссылался на источник и в ближайшее время не публиковал эти данные.

— Я считаю, что ты, как писатель, должен знать эти факты, и люди тоже должны будут узнать о них. В свое время и с соответствующими комментариями! – напутствовал он Евгения Евгеньевича.

В результате в блокноте писателя добавилось еще несколько страниц.

— Знаем ли мы свою историю? Вопрос риторический, ибо общеизвестно, что люди в силу идеологических причин или по иным конъюнктурным соображениям постоянно меняют свой взгляд на прошлое, меняя тем самым саму историю, но мы, российские граждане, кроме того, просто не знаем многих фактов собственной истории. Так, мы не знаем многие факты биографий известных исторических личностей, в том числе военачальников, – рассуждал Евгений Евгеньевич, – даже знаменитых и всемирно известных…

Оказывается, маршал Советского Союза Москаленко начинал службу красноармейцем партизанского отряда Сибирской группы Южного фронта. Это было в 1920–1921 годах. В годы Великой Отечественной войны он уже командовал армией, а в послевоенные годы ПВО Московского района (1948–1953), Московским военным округом (1953–1960), Ракетными войсками стратегического назначения (1960–1962). Затем с 1962 по 1983 год был заместителем министра обороны СССР – Главным инспектором, а с 1983 по 1985 год – генеральным инспектором Группы генеральных инспекторов («Райская группа») МО СССР. Умер 17 июля 1985 года. Таковы сухие строки энциклопедического справочника.

Однако, как следует из автобиографии Москаленко, до 1921 года такого воина среди красноармейцев не было. Был красноармеец по фамилии Батрак, который именно в 1921 году, во время учебы в Харьковской артиллерийской школе и Украинской объединенной школе красных командиров, сменил фамилию Батрак на Москаленко. В служебных характеристиках, относящихся к тому времени, отмечалось, что он вспыльчив и имеет привычку обсуждать приказания начальников.

Очевидно, впоследствии он избавился от этих недостатков, по крайней мере упоминаний об этом в характеристиках больше не было, а его блестящая карьера говорит сама за себя. Сменил ли он прежнюю фамилию, как неблагозвучную, или выбрал новую по идейным соображениям? Были ли эти причины вескими или случайными? Вряд ли кто-то может ответить сейчас на эти вопросы. Фактом остается то, что вошел он в историю как Маршал Советского Союза Москаленко. А о том, что он в молодости сменил фамилию Батрак на Москаленко, история умалчивает.

А о роли Москаленко во время командования войсками Московского военного округа в звании генерал-полковника, в аресте и расстреле Берии тем более много белых пятен.