Книга Станция Степная, страница 44 – Владимир Цыбизов

Кротов подошел к повозке, в которую была запряжена пара верблюдов. К заднему правому колесу привязан жирный курдючный баран. В задке повозки лежала кучка соломы, прикрытая кошмой. Немного подальше, сложив калачиком ноги в мягких сапожках, сидел в пестрой тюбетейке и ватном халате казах. Он сидел так неподвижно, что казалось, спал. Тем более, что глаз, обращенный в сторону Володи, был закрыт. Но казах, конечно, не спал: он едва заметно постукивал рукояткой плетки по своему колену.

— Гляди, кривой! – тихо шепнул Володя товарищу. Но тот уже и сам пристально вглядывался в лицо казаха: что-то было знакомо Коле в этом лице. Где он видел его? Или он ошибается и никогда его не видал?

И вдруг в голове мелькнула мысль, от которой его прошиб холодный пот! Что, если это тот казах, которого подстрелил Васька? Они же видели сами, как у того текла кровь из-под платка. Значит, он был ранен? Вот он и окривел, это же ясно. Сейчас казах увидит его, Кольку, и тогда… тогда все раскроется.

Колька попятился назад и спрятался за Кротова. Потом выглянул из-за широкой спины геолога, в удивлении раскрыл рот: кривой казах смотрел на него обоими глазами. Фу ты, вот напугал. Значит, это совсем не тот казах. Да и одежда на нем совсем другая… А все-таки похож на того, так, немного… И шрам на щеке… Вот бы рассказать Вовке. Только дядя Петя не велел болтать. А может, того казаха уже поймали? Как бы спросить об этом дядю Петю?

Между тем взрослые некоторое время стояли молча около повозки. Зимин прикидывал, можно ли на повозке перевезти вещи, а Кротов смотрел на барана. Затем подошел к нему и пощупал курдюк. Казах посмотрел на покупателя, но промолчал.

— Сколько стоят сейчас бараны? – тихо спросил Кротов Телегина.

— Смотря какой баран, – ответил тот. – Давайте, я сторгую вам по самой дешевой цене.

— Пожалуйста, сделайте одолжение.

— Тогда считайте, что барашек ваш. – Телегин ткнул пальцем в барана и сказал казаху: – Эй, дядя, почем барашка продашь?

Казах даже не пошевельнулся, будто вопрос относился не к нему, а к самому барану. Но Телегина не смутило молчание казаха. Он знал эту привычку степняков – не тратить слов понапрасну. Логика у них проста: если человеку нужен именно барашек, а не курица, то он не поленится спросить еще раз. Вот тогда с покупателем можно повести настоящий деловой разговор. А если это праздный базарный зевака, любитель приценяться, то, не получив ответа на свой вопрос, он пойдет дальше и оставит в покое и хозяина, и барана. Это тоже хорошо.

Телегин потрепал барана за курдюк, потом вцепился руками в шерсть на спине, крякнул и приподнял барана над землей.

— Однако пуда полтора есть, – пробормотал Телегин, опустив барана.

— Три пуд! – внезапно выпалил казах, сердито посмотрев на покупателя.

— Ну, это ты своей бабушке скажи, – возразил Телегин. – Барана в три пуда я не поднял бы.

— Поднял, не поднял, а здесь три пуд. Не веришь – гуляй мимо. Твой базар шалтай-балтай, а не дело делай.

— Ну хорошо, пусть будет три пуда в твоем барашке, шайтан с ним.

— Зачем шайтан? Зачем худой слова говоришь? Барашка хороший. Слова худой – человек худой.

— Да ты не нервничай, мил человек, а скажи толком, за сколько барашка отдашь?

— Дэньга бар?

— Есть, не беспокойся. Так сколько же?