Книга Станция Степная, страница 45 – Владимир Цыбизов

— Моя хочет пять сто монат.

— Пятьсот за эту дохлятину? – не мог сдержаться Телегин. – Ты смотри, он еле живой стоит, качается. Кожа да кости.

— Уй, какой худой слова болтаишь! – сердито проговорил казах. – Зачем неправда говоришь? Когда будешь есть – одна сала увидишь. Сейчас бульна жарка, а барашка в шуба запрятан, курдюк тяжелый, вот он и шатаится.

…Поторговавшись, сошлись на трехстах рублях. Кротов заплатил деньги и сказал казаху, указывая глазами на Зимина:

— Вот этому человеку, любезный, нужно перевезти со станции на квартиру домашние вещи, понимаешь?

Одно только мгновение казах колебался, но, встретившись глазами с Кротовым, закивал головой.

— Понимай, понимай.

— Так вот, если хочешь подзаработать, он наймет тебя. Идет? Заодно и барашка мне подвезешь: я в том же доме живу.

— Хорошо, поехали, – согласился казах. Спрятав деньги за пазуху, он спрыгнул с повозки, подошел к верблюдам, лежавшим на брюхе, и поднял их, приговаривая: «Чек, чек!» Затем опять взобрался на повозку и, разбирая волосяные вожжи, спросил Кротова: – Куда едем, бачка?

Кротов взвалил на повозку барана, предварительно связав ему ноги, и обратился к Зимину:

— Вы не будете возражать, если мы сначала заедем к нам, отвезем барашка, а потом подъедем к вагону? Мы быстро справимся.

— Пожалуйста, пожалуйста! – с готовностью согласился Дмитрий Александрович.

— Папа, а нам можно? – спросил Володя, с мольбой глядя на отца. Зимин, помня наказ жены не оставлять сына одного, не отпускать от себя, хотел было запретить ехать Володе на подводе, но Телегин, точно прочитав мысли Зимина, пришел ребятам на помощь и сказал:

— Пусть прокатятся, Дмитрий Александрович, я присмотрю за ними. К тому же и покупки отвезут на квартиру, не надо будет таскаться с ними. А то вон какой арбузище, все руки вам, наверно, оттянул. Давайте-ка его сюда.

— Ну что ж, ладно, пусть прокатятся, – согласился Зимин, отдавая мешок Телегину. Тот взял его и положил в повозку. Кротов уже сидел рядом с казахом. Позади них лежал связанный баран. Дальше лежала кошма. Коля хотел было забраться на нее, но казах, обернувшись, запретил садиться на кошму.

— Нельзя, там вещи, можно раздавить.

Пришлось сесть рядом. Мешок с арбузом и дыней он положил себе на колени. Володя взобрался на повозку и уселся по другую сторону кошмы, спиной к Коле. Он вынул арбуз из мешка и положил его рядом с собой. Места на повозке уже не было, а Телегин еще не сел.

— А мы вот как сделаем, – сказал он и подал арбуз Володе. – Держи, борода.

Володя взял арбуз и положил его на колени. Вернее, на колени положил его Телегин, а Володя лишь обхватил арбуз руками. Телегин сел на освободившееся место, хотел взять арбуз у Володи, но мальчик не захотел отдавать его.

— Он же тяжелый, не удержишь, – предупредил Телегин.

— Удержу, я сильный, – ответил Володя и еще сильнее прижал арбуз к животу. Арбуз был холодный и приятно холодил живот сквозь рубашку.

Но вот все уселись, и казах стегнул верблюдов. Те дружно заревели и пустились бежать. Володя посмотрел назад: в базарном ряду, там, где только что стояла повозка, образовалась брешь. В толпе мелькнула железнодорожная фуражка и опять пропала.

Колеса мягко катились по пыльной колес. Верблюды бежали быстро, так что базар вскоре остался позади. Иногда колеса наезжали на камень, и тогда повозку резко подбрасывало. Володя, стараясь в таких случаях сохранить равновесие, откидывался назад, на кошму. Под кошмой чувствовалось что-то твердое, легкое и скрипучее. Легкое потому, что легко подавалось и подвигалось под нажимом Володиной спины. Наверно, там какая-нибудь корзина: чувствовалось по ребристому краю. Да и скрипит, как плетеная корзина, в которой мама держит всякие старые вещи…