Книга Тайна голубого стакана, страница 91 – Алексей Попков

— Это разве порядок, Никифор Иванович, – произнес пришедший. – Вышел я из шахты, пришел домой, хотел умыться, а воды-то и нет. Хозяйка говорит: «Новый водовоз не привез, забыл, видно!»

— Помоги-ка мне телегу под навес закатить, – сказал вместо ответа конюх, – надо правую оглоблю сменить, в двух местах лопнула…

Заинтересовавшись, хоть и не отдавая себе отчета, чем именно, Николай Мошков прокрался к забору и побежал вдоль него к находившемуся в углу двора навесу с высоким сеновалом над ним. Поравнявшись с постройкой, он цепко схватился за концы бревен и вскарабкался под крышу. Этим путем он не раз пробирался на конный двор со своими сверстниками, чтобы поваляться на душистом сене, хотя дядя Петя и ругал их за то, что они мнут корм, а потом лошади не едят его.

Сеновал был почти пуст, только возле маленького окошечка, прорезанного под самой крышей навеса, возвышалась большая куча свежего сена. Мальчугану, чтобы видеть и слышать, что происходит во дворе, не оставалось ничего другого, как взобраться на эту кучу, рискуя сильным шорохом сена привлечь внимание находящихся под навесом людей. И Николай, затаив дыхание, стараясь ступать осторожно, чтобы не шевельнулась ни одна травинка, стал пробираться к окошечку. Ему показалось, что он крался бесконечно долго, но в конце концов он все же подобрался к окошечку и выглянул вниз. Сейчас, когда конюх находился от него всего в нескольких метрах, мальчику вновь показалось, что он видит друга своего дедушки-водовоза Петра Афиногеновича.

Присмотревшись, Николай понял, почему он вторично впал в ошибку. На конюхе были такие же, как и у дяди Пети, серая кепка с измятым козырьком, пожелтевшая от солнца гимнастерка и подтянутые ремешком под колено высокие охотничьи сапоги.

Вот почему Николаю и показалось, что перед ним сам дядя Петя. Но стоило конюху повернуться лицом, как сходство сразу же исчезало.

Сейчас конюх был занят тем, что, положив на столярный верстак новую оглоблю, старательно вытаскивал что-то на ее конце. Это «что-то» оказалось деревянной пробкой, плотно пригнанной в высверленное в торце оглобли глубокое отверстие.

— Давайте ваш аппарат, Смельчак, – сказал водовоз пришедшему.

Тот, оглядевшись по сторонам, достал из кармана брюк маленький, но, очевидно, довольно тяжелый металлический цилиндрик.

— Это батарея, – предупредил он.

Потом, бережно вытащив из внутренних карманов тужурки еще один, меньший, цилиндрик и третий, такой же небольшой, только обвитый спиралью блестящей проволоки, добавил:

— Приемник и передатчик!

Он подал эти предметы Никифору Ивановичу. Тот осторожно опустил их в отверстие в оглобле и снова тщательно задвинул деревянную пробку.

— Хитро придумано! – одобрительно сказал Смельчак. – Но работать здесь мне будет тяжело. В последнее время и без того приходилось тратить на связь по полдня!

— Что же сделаешь, раз обстановка так обострилась! Придется ловчиться!

— Это я понимаю, Хозяин, но мне кажется, не надо прежде времени преувеличивать опасность: она еще не так велика, а вся эта паника привела к тому, что мы уже сутки не имеем связи.

— А где бы вы держали передатчик? – хмуро спросил конюх.

— Там же, где он и был: у меня на квартире!

— Ну, знаете, это сейчас очень рискованно!

— Ничуть, – усмехнулся Смельчак. – Я воспользовался бы вашим способом. Приемник с передатчиком спрятал бы в одну ножку стола, а аккумуляторы – в другую…