Книга Дело наследников в законе, страница 71 – Андрей Воробьев, Михаил Красносельский

Недоуменно продолжая изучать посетительницу, Арчи решил, что перегрелся от летней духоты и видение должно непременно исчезнуть: в агентстве чаще появлялись люди иного вида – то респектабельные коммерсанты да их холеные подруги, то хмурые оперативники, а то и просто всякая гопота. Николай перевел взгляд на своего коллегу – отставного опера Юрия Александровича, но тот, очевидно, тоже страдал галлюцинациями, так как сидел, пяля глаза на девушку. Дав сыщикам несколько секунд форы, чтобы они смогли оценить увиденное, прелестное создание шагнуло вперед, протянув руку: «Здравствуйте. Я – Женевьева». И все. Будто бы это редкое в наших краях имя могло послужить каким-то паролем, после которого сыщики должны кинуться ей навстречу с распростертыми объятиями. Голос у девушки был приятным, интонации – мягкими, а буква «р» в ее устах грассировала как в слове «мур-р-р».

Александрыч присвистнул: «Женька, значит?» А затем вдруг развеселился и продекламировал давнишний «дюновский» шлягер: «Ой, Женька, ты дошутишься, Женька, ты доскачешься…»

Орлов исподтишка ткнул товарища под столом ногой, надеясь, что тот замолчит, и поинтересовался, чем гостье могут помочь скромные питерские сыщики. Женевьева – Женька грациозно уселась на ближайший стул и, взглянув на Арчи словно на недоумка, заявила, что рассчитывала на более теплую встречу русскими коллегами.

До Николая наконец стало доходить, что эта обалденно симпатичная визитерша имеет, по всей видимости, отношение к французскому сыскному агентству, которым руководит давнишний товарищ Нертова Пьер Венсан. Именно с ним Арчи сумел созвониться и попросил помощи в поимке бандитов, напавших на Алексея и его подопечную. Пьер тогда коротко согласился и спросил, чем конкретно он может помочь. Арчи интересовали любые сведения о русских туристах, гостивших на Лазурном Берегу во время похищения Нины Климовой.

На днях Пьер сообщил, что высылает в Питер человека с необходимыми бумагами, и попросил встретить его в аэропорту. Но встреча должна была состояться только завтра…

— А вам не кажется, сударыня, что ваше появление – хм-м – несколько неожиданно, – парировал Арчи заявление о надежде на теплую встречу, – почему вы появились именно здесь и сегодня? Кстати, вы хорошо понимаете меня?

Женевьева заявила, что все понимает прекрасно, что она вообще русская по линии бабушки, оказавшейся на Лазурном Берегу в начале двадцатых годов. А что же касается времени прилета – «так получилось».

— И вообще, если есть какие-нибудь проблемы – позвоните Пьеру. Мне все равно надо связаться с ним о прибытии… Но ведь я все равно здорово вас нашла? А если вам проще выговаривать по-русски «Женя», чем «Женевьева», – пожалуйста, не обижусь. Только учтите, что я ваша коллега, а не секретарша. И достаточно информирована о деле. Поэтому работать будем вместе…

Арчи показалось, что в глазах девчонки запрыгали шальные огоньки. Тут еще, как назло, Александрыч, посмотрев на опешившего патрона, расхохотался и пропел уже в полный голос:

— Ой, не могу!.. Колька – это он, ну, Николя, по-вашему. – И Юрий ткнул пальцем в сторону Орлова. – А с тобой-то что здесь делать, бандитов колоть, что ли?.. Послушайте, девочка, я не хочу вас обижать, но самое лучшее для вас было бы спокойно отдохнуть дня два-три в нашей Северной столице и возвращаться в теплые края. С вашими физическими данными…