Книга Дело наследников в законе, страница 87 – Андрей Воробьев, Михаил Красносельский

Рэкетир сунул трубку в руку предпринимателя и прошипел: „Говори. Только спокойно. А не то…“ – И сунул ему под нос здоровущий кулак.

Михин, обращаясь к абоненту, представился и попросил привезти в его офис на Станичной улице три тысячи долларов, дескать, срочно надо расплатиться с поставщиками. „И пожалуйста, постарайтесь уложиться в полчаса, а то людям уезжать надо“. Бандит нажал на рычаг телефона.

— Все. Хватит базарить. А ты молодец, верно насчет трех „тонн“ угадал. Поэтому пока живи. Сиди и жди. Не здесь! – пресек главарь попытку Витюши усесться в собственное кресло. – В шкаф полезай!

Растерявшийся Виталий Самуилович замешкался, но точный пинок втолкнул его толстую тушку в открытый металлический шкаф.

— Гы-гы-гы!.. Щас еще добавлю…

Михин, сжавшись в комок, с ужасом ожидал дальнейшего развития событий. Но бандиты, казалось, забыли про горе-коммерсанта и, рассевшись в креслах в кабинете, завели разговор о сауне с телками, которые ждут не дождутся, когда их оттрахают.

Виталий Самуилович, поняв, что по крайней мере некоторое время ему ничего не грозит, попытался сосредоточиться. В „бухгалтерию“ ему пришлось звонить впервые, но он знал, что там хорошие специалисты. Даже порой слишком хорошие. Кажется, все, что требовалось, им уже сообщено.

„Как же наставлял Главбух? – судорожно думал коммерсант, пытаясь сообразить, не забыл ли он чего, – сумма денег – количество нападающих… Если в долларах – значит, с оружием… О, господи, надо же было сначала назвать сумму в рублях…“

Михин знал, что „Транскросс“ имеет свою силовую защиту, но не представлял полностью размах детища Даутова и стоящих за ним лиц. Это только в дурных кинострашилках организованную преступность представляют в виде обвешанных цепями быков – тупоумных бандитов низового звена. На самом деле это явление гораздо сложнее и ни быки, ни их бригадиры не знают, что являются обычными марионетками, которых за ниточки по своему разумению дергают солидные дяди в белоснежных рубашках. Конечно, бывают и исключения, вроде тех трех отморозков, что расположились в кабинете Витюши. Но такие долго не живут: чай, не конец восьмидесятых, когда чуть ли не любой более-менее накачанный штангист мог объявить себя „крышей“ и безнаказанно собирать дань с ближайших коробейников-кооператоров. Все районы и целые сферы бизнеса давным-давно поделены, а наказание за нарушение территориальности жестоко и неотвратимо.

Дяди в белых рубашках сами не совершают преступлений и с криминалом дело не имеют. Они чинно заседают в парламенте, руководят солидными фирмами, ведут внешне добропорядочный образ жизни, делая деньги, которые Михину и не снились.

Так же и сам „Транскросс“ – хотя казался самостоятельной фирмой, но действовал в составе огромной эскадры всяких фирм и фирмочек, обеспечивающих непотопляемость московского флагмана. И флагманом этой суперэскадры был, конечно, не питерский „Транскросс“, а кто-то из беловоротничковых, обеспечивающих с его помощью свое безбедное существование. Флагманам не надо было, как Чубайсу, читать лекции за бугром, получая сотни тысяч долларов гонорара: такие проделки только для отмыва денег различных эшелонов исполнительной власти. Беловоротничковые сами платили гонорары кому надо и давали указание „подшефным“ об организации ремонтов. Они же незаметно управляли и фирмами-производителями, и страхующими их компаниями, и банками, координируя единую, нужную только избранным политику. Одним из примеров этой политики была спекуляция с долларами весной-летом 1993 года, в которой принимал участие покойный Даутов. Если же возникали проблемы в подведомственных хозяйствах – под рукой всегда были и опытные юристы, и аудиторы, и менты-оборотни, и „карманные“ депутаты.