Книга Марионетка, страница 111 – Николай Владимирович Андреев

Малявин замолчал и после небольшой паузы добавил задумчивым голосом, что пожалеют-то они, конечно, пожалеют, что убили начальника, но и в то же время посожалеют, что убили не того, кого хотелось бы.

— Ну вот видишь! – сказал Романов.

Сказал, а сам подумал о том, что Малявин, в сущности, прав. Наверное, действительно нельзя требовать от людей то, что противно их природе. А поскольку природе противно всё, что мешает человеку жить и размножаться, то глупо обижаться на то, что большинство людей заботятся о собственной безопасности больше, чем о безопасности своих классовых антагонистов-начальников.

Романову эта мысль не понравилась. Она показалась ему слишком мизантропической для того, чтобы появиться в голове нормального человека, однако оспаривать ее справедливость даже перед самим собой не решился – не был до конца уверен в том, что не прав.

Осторожно отодвинув от себя пустую чайную чашку, спросил, кого Демиург зарезал на этот раз.

— Я слышал, какую-то девушку?

— Да, – зевнул Малявин. – И девушку зарезал, и юношу. В смысле следователя по особо важным делам Петрова из Москвы… Нормальный такой, скажу я тебе, юноша – под два метра ростом. Мы с ним познакомились, когда он приходил ко мне – расспрашивал о человеке, посоветовавшем обратиться к Жихарю… Чаю подлить?

Романов отрицательно покачал головой. Спросил, как это случилось.

— Как зима в конце ноября – внезапно! – ответил Малявин. – Я имею в виду, для того, кто отвечал за безопасность Петрова… Демиург, чтобы не светиться у входа, прошел в гостиницу через цокольный этаж, где находятся подсобные помещения, вошел вместе со следователем и двумя пьяными бизнесменами из Уфы в лифт, и когда все, кроме следователя и девушки, обитавших на восьмом, последнем этаже, вышли, сделал свое черное дело.

— Значит, теперь у следствия есть свидетели?

Малявин согласно кивнул. Сказал, что свидетели есть, а вот свидетельств по-прежнему юк, то есть нет. И тут же, в ответ на недоуменный взгляд Романова, добавил, что, по словам знакомых ребят из УВД, фотороботы, составленные этими так называемыми свидетелями – пьяными бизнесменами из Уфы, – похожи друг на друга в той же степени, в какой башкирский батыр похож на русского богатыря.

— Люди вроде одни, а физиономии разные.

— Жаль! – Романов забарабанил пальцами по столу. – Сегодня Демиург кого-нибудь уже убил? Новости есть?

Малявин отрицательно покачал головой. Встал и, еще раз протяжно зевнув, предложил идти спать.

— Не хочу! – капризно сжал губы Романов. – Давай поговорим еще о чем-нибудь!

— Давай! – Малявин сел обратно на стул. – Ну и о чем ты предлагаешь поговорить? О Людочке Смирягиной и о том, как ты провел с ней ночь?

Романов удивленно поднял голову. Спросил, откуда он знает про Люду, если они только вчера вечером случайно встретились на улице и никуда вместе не выходили.

— Весь день провели в постели? – захохотал Малявин. – Нет, видимо, все-таки зря я тебя пригласил на передачу. Ох зря! Ты мне теперь всех моих девок перепортишь!

— Нет, ну правда, Никита, откуда?

Не переставая смеяться, Малявин ответил, что, во-первых, когда он, Вася, клеил Люду, она была с ассистенткой режиссера Танечкой Трофимовой, которая, естественно, не могла не сообщить об этом. А во-вторых, сам он, Вася, не далее как три часа назад звонил с улицы Правобережной.