Книга Марионетка, страница 109 – Николай Владимирович Андреев

Такого он еще не видел: вечерний город жил своей обычной жизнью – мёл по заснеженным тротуарам поземку, жёг уличные фонари, гонял взад-вперед редкие автомобили, но – удивительное дело! – проделывал всё это почему-то без участия людей.

Озираясь по сторонам, Романов перешел дорогу. Увидев свободное такси, махнул рукой. Такси, не снижая скорости, объехало его по крутой дуге и помчалось дальше. Он махнул следующей машине – белому «Фиату». «Фиат» притормозил перед ним, однако останавливаться не стал – проехал мимо. Не успел Романов от удивления развести руками, как шагах в ста от себя увидел неспешно подъезжающий к остановке пустой троллейбус. Романов бросился за ним. Догнал и забарабанил кулаком по задней двери. В ответ троллейбус загудел и прибавил скорость.

Не успел Романов воскликнуть: «Да что же это такое!», как из-за поворота, визжа тормозами, выехал УАЗ с синими номерами. Из автомобиля выскочили три милиционера, один из которых был вооружен автоматом Калашникова. Они сбили Романова с ног, скрутили руки, бросили на капот автомобиля лицом вниз и обыскали.

— Да что же это такое! – ртом, полным снега, снова простонал Романов.

Один из троих, видимо старший, посоветовал ему заткнуться. Снял с него шапку, осветил фонариком лицо и сказал, что эту небритую рожу он уже раньше где-то видел.

— Я тоже! – подтвердил второй милиционер. И тут же, открыв романовский паспорт на первой странице, воскликнул:

— Да это Василий Романов – поэт, которого недавно показывали по телевизору.

— Ишь ты! – смутился старший.

Подставив руку, он помог Романову встать на ноги. Извинился и, добавив к голосу уважительных ноток, поинтересовался, что товарищ поэт тут делает.

Выплюнув снег изо рта, Романов засунул паспорт во внутренний карман пиджака. Промямлил сначала про сына, который живет у матери, которая живет у другого мужчины, и про троллейбус, что не останавливается даже на остановках.

Старший согласно кивнул, дескать, такое здесь иногда бывает, и спросил, не нужна ли товарищу поэту какая помощь.

Прислушавшись к себе, Романов решил, что отсутствие людей на улицах беспокоит его не столь сильно, как присутствие вооруженных милиционеров, бросающихся на первого встречного так, словно тот только что сбежал из тюрьмы, и твердо сказал: нет.

Милиционеры в ответ вежливо улыбнулись. Судя по виду, их не сильно расстроил отказ Романова принять помощь. Они поочередно попрощались с ним за руку, сели в машину и, посоветовав не задерживаться, уехали.

— Да что же это такое делается? – в третий раз воскликнул Романов.

Решив не гадать, вынул из кармана мобильный телефон и позвонил Малявину. Спросил: не знает ли он случайно, почему ранним субботним вечером на улицах города нет людей.

— Что ты говоришь! И на каких это улицах их, интересно, нет?

Романов посмотрел на фасад стоящего перед ним длинного девятиэтажного дома, сложенного из серых железобетонных панелей. Прочитал, что написано на табличке с адресом, и передал Малявину:

— Улица Коммунаров.

Малявин спросил, где это.

— В южной части города. Я шел от Правобережной по Чкалова и вот дошел до Коммунаров, тринадцать.

— Это где охранное агентство «Легион»?

— Да, – подтвердил Романов. – Только оно кварталом ниже, на Интернациональной, а я стою почти рядом с кинотеатром «Водник».