Книга Искать убийцу, страница 94 – Фаниль Галеев

— Магомет не напрасно ждал, что гора однажды явится к нему! – с нарочитым восточным акцентом произнес он, пожимая Ахмерову руку, и тут же, зажмурившись, широко улыбнулся.

Ахмеров вспомнил: вот она, та особенность, которая все никак не приходила ему на ум в поезде! Перед тем как улыбнуться, участковый закрывал глаза, будто стесняясь своей улыбки.

Они представились друг другу и сразу же условились говорить на «ты».

— Извини, что не встретил, как полагается, – сказал Миронов, когда расселись по местам и машина тронулась. – Непредвиденный случай…

— Пустяки! – махнул рукой Ахмеров. – Все было как надо. А что у тебя тут произошло?

Участковый снял фуражку и, вынув носовой платок, провел им по крутому гладкому лбу, светло-русым волнистым волосам.

— Ничего особенного. Есть тут один… Последний из могикан, так сказать. На днях отправляем его в лечебно-трудовой профилакторий… – В глазах участкового заиграла смешинка. – Так вот могиканин этот взял на прощание бутылочку и зашел к соседу. А тот недавно с лечения вернулся. Жена его увидела инородную посуду на столе да и хвать по ней скалкой. Бутылка вдребезги. Могиканин в сердцах – на жену. Сосед на него. И началось…

Все рассмеялись…

По обеим сторонам дороги пошел великолепный дубовый лес. Разбуженные шествием весны гиганты, казалось, тяжело потягивались после долгого и крепкого сна, устремив вверх свои узловатые могучие руки. Устоявшийся сумрак манил в глубь таинственного лесного безмолвия.

— Красиво, правда? – сказал Миронов, увидев, что Ахмеров уставился в окно.

Следователь кивнул. Он и вправду был весь во власти пленившей его природы.

— Да, места здесь знатные, – продолжал участковый. – Тебе они, надо полагать, напоминают родные места вашего поэта? – И он вдруг прочитал вполголоса:

Ахмеров посмотрел на него с изумлением.

— Ты знаешь Тукая?

— А что, разве для того, чтобы быть русским, надо знать только Пушкина?

Ахмеров не нашелся сразу, что ответить.

Наступила пауза. Машину сильно тряхнуло на повороте, и шофер подчеркнуто возвестил:

— Приближаемся к «Воротам Любви»!

— Притормози, Костя! – попросил Миронов и, когда машина сбавила ход, обернулся к Ахмерову: – Погляди на это творение!

С краю дороги великанами стояли два огромных дуба, а между ними – маленькая тоненькая березка. Дубы сплелись над хрупким деревцом мощными ветвями, словно схватились в грозном поединке, решая, кому будет принадлежать их белоликая соседка, да так и застыли в схватке, не одолев друг друга.

— «Ворота Любви» – гордость здешних старожилов! – пояснил Миронов. – Про эту лесную скульптуру ходят целые легенды… Когда-то в этих местах жили две сиротки: брат и сестра. Она была писаной красавицей, а он – добрый молодец, косая сажень в плечах. Однажды братец ушел на охоту. Тут же появился злой колдун, схватил красавицу и умыкнул в свои хоромы. Погоревал братец, погоревал, взял хлеба горбушку и отправился на поиски. Случилось, что мимо тех мест проезжал славный удалой богатырь. Прогнал он прочь колдуна и вызволил из плена красавицу. А когда возвращался с нею, то повстречали они братца. Не захотел тот отдать удальцу сестру свою, вступил с ним в единоборство. Пока они боролись, злой колдун и заколдовал всех троих: молодцов превратил в дубы, а девицу – в березку белую. Так и стоят они с краю дороги, зимой укутываясь снегом, а весной распускаясь зеленой листвой. И напоминают людям: не мешайте любви, всегда открывайте ей ворота!..