Книга Северный роман, страница 103 – Полина Вишневская

— Всё в порядке, Ника, — сказала я серьёзно.

Она крепко обняла меня.

— Ты потрясающая, Вера. Не нужно притворяться. Ты почти идеальна.

— Хотелось бы, чтобы этого хватало, — усмехнулась я ей в плечо, сдерживая дрожь.

— Должно хватать, — сказала она, приподняв мой подбородок. — Отношения не определяют нас, а формируют. То же самое с работой, деревней, кофейней. Не они делают нас такими, какие мы есть. Важно, как мы живём, как относимся к людям и как используем свои шансы. Ты рядом, несмотря на всё, что я тебе наговорила. Не даёшь мне утонуть.

— Никогда не дам, — прошептала я. — Ты — мой любимый человек.

— И ты мой, — тихо ответила она, обнимая меня снова.

Я держала её чуть крепче, чем раньше, позволяя теплу обнять боль внутри. Через несколько минут мы поднялись. Я помогла ей встать и жестом позвала Савелия подойти. Он остановился позади, оставив нам место.

— Давай, — сказала я, подталкивая Нику вперёд.

Она сделала пару неуверенных шагов. Савелий раскрыл руки, и они обнялись, как те, кто боялся потерять друг друга. Я отошла, глядя на волны, но слышала каждое слово.

— Я так волновался, — признался он. — Хотел дать тебе время, но было трудно.

— У меня не всё хорошо, — шепнула Ника. — Илья выбил меня из колеи. Я хочу быть сильной, но боюсь, что не умею. Не хочу, чтобы ты это ненавидел.

— Мне не нужна сила, — мягко ответил он. — Нужна честность.

Я обернулась. Савелий держал её лицо руками и смотрел в глаза.

— Я влюбляюсь в тебя, Ника, — сказал он спокойно. — Знаю, у тебя свои демоны. Но я не хочу, чтобы ты была с ними одна. Будь со мной.

"Если Ника не поцелует его, сделаю это сама", — промелькнуло у меня в голове. Такой мужчина — подарок судьбы.

— Я не хочу быть для тебя обузой, — пробормотала она.

— В этом и суть отношений, — тихо ответил он. — Быть опорой друг для друга, а не проектом по «исправлению». Ты не то, что ты пережила. Это всего лишь яма на дороге, и мы обойдём её вместе. Поверь мне.

— Верю, — ответила она после паузы. — Ты показал мне заботу и поддержку. Ты напоминаешь, что я важна, даже когда я сама этого не вижу. Но мне страшно.

— Ты никогда не будешь для меня обузой, — сказал он и притянул её ближе. — Ты — подарок.

У меня тоже навернулись слёзы. Я перестала притворяться, что ничего не замечаю, и повернулась. Савелий наклонился и поцеловал Нику. Их объятия, дрожь её пальцев на его куртке — всё светилось искренностью. Хотелось одновременно смеяться и плакать.

Вот чего я всегда хотела для неё — чтобы кто-то держал её за руку и не сомневался. Наблюдая за ними, я вдруг подумала: смогу ли я испытать подобное с Родионом? После его ссоры и исчезновения ответ казался очевидным — нет. Внутри стало пусто.

— Всё хорошо, — сказала я им в кофейне. Они часто переплетались пальцами и смотрели друг на друга. После ссоры я вернулась в Янишполе на машине, чтобы они могли поехать вместе. Это не было тяжело — пока мысли о Родионе не начали терзать меня.

Перед отъездом я послала ему пару сообщений. Сегодня был наш день. Но когда я припарковалась у кофейни, ответа не было. Это добило меня. Их близость была невыносима — ещё больнее, чем раньше.

— Я пойду домой, — тихо сказала я.

— Что? Останься, — возразила Ника. — Не хочу, чтобы из-за нас ты чувствовала себя лишней.