Книга Громовы Лозы, страница 60 – Райна Фотева

Катя погрузилась в удобное кресло — одно из тех, что Лиля велела оставить для девушек. Хозяйка и сама сидела в таком, после того как выгнала оттуда своего огромного мужа, вызвав всеобщий смех. На коленях у Кати была большая тарелка с запеченными овощами, мясом и жареным на костре хлебом. Все смеялись, болтали, дети немного посидели, пока ужинали, а потом умчались в дом. Нина и Марк ушли гулять по темной деревне наедине. Только Даша ещё какое-то время оставалась с родителями, а когда начала засыпать на маминых руках, Лиля зашла в дом, чтобы уложить дочку на ночь.

Паша почти весь вечер был рядом, а когда отходил к мангалу или покурить, смотрел на Катю издалека. Она видела, что он, несмотря на массу свидетелей, продолжает оказывать ей внимание. Пусть и без поцелуев и обниманий, но вот он здесь — рядом, заботится, чтобы у неё были и напитки, и закуски, и чтобы не замёрзла, и чтобы сидела удобно. А когда заиграл очередной медляк, Катя увидела рядом с собой протянутую руку ладонью вверх — он приглашал её на танец. Быстро оглядев остальных в компании, она поняла, что никто не придаёт этому значения, хотя Лиля по-матерински улыбалась, глядя на младшего брата. Катя положила свою ладонь в его и поднялась.

Объятия в танце были так похожи на их обычные, уединенные. Паша крепко держал её за талию одной рукой, а в другой была её рука. Он смотрел в глаза, улыбался и несколько раз прикасался к её лбу своим. Катя сначала смущалась, но потом поняла, что, помимо того, что они вне освещения, в темноте сада, так и остальные совсем не обращали на них внимания.

— Кажется, это моя компенсация за потерянные медляки в детстве, — улыбаясь, произнесла Катя.

— Ты о чём? — спросил он, снова заглядывая в глаза.

— О нашем последнем лете в деревне. — Видя, как мужчина сосредоточился, но как будто продолжал не понимать, она уточнила: — О поцелуе в темном саду дома Семёнова.

— Это который заброшенный был? — Паша будто собирал воспоминания по частям, а Катя смотрела на него с удивлением. — Так его уже нет сейчас, правильно? Он был по пути на реку.

— Да. Ты не помнишь, как мы искали там финский велик?

— После речки? Погоди-ка… Точно, мы ходили туда, да… Саня мне тогда рассказал, что он там в кустах нашёл старый финский велосипед, реально было интересно посмотреть на это. Значит, мы ходили туда с тобой!

Кате даже нечего было на это сказать, она только ухмыльнулась. Как могло получиться так, что событие, которое значило для неё настолько много, в его памяти даже не зафиксировалось? А ведь она тогда призналась ему в любви. Как такое возможно? Но он тогда сказал, что это был его первый поцелуй, с этого же все и началось.

— И мы целовались, — добавила она, ещё раз акцентируя на этом внимание.

Паша вытаращил глаза в ответ.

— Ты шутишь? Не может быть!

— Ты спросил меня, целовалась ли я когда-нибудь, — Катя говорила медленно, давая ему возможность осознать и вспомнить каждое действие, которое описывала. — Когда я ответила «нет», ты сказал, что и ты тоже «нет». И предложил попробовать.

Паша сложил полные губы в идеальную «О» и вытянул лицо, и наконец Катя увидела, что, кажется, память возвращает ему эти моменты из глубины памяти.

— Точно, — он смотрел куда-то мимо неё, как будто в себя, потом улыбнулся широко. — С ума сойти! Я совсем забыл! Громыч! — Паша неожиданно обнял её за плечи и притянул к себе. — Мой первый поцелуй был с тобой, а я совсем забыл.