Книга Громовы Лозы, страница 64 – Райна Фотева

Когда я подбежал к забору, калитка была открыта, и я юркнул в гущу травяных зарослей заброшенного двора. К крыльцу дорожка давно заросла, и туда явно никто не заходил, поэтому я пошёл дальше к хозяйственным постройкам, но не прошёл и пары метров, потому что за углом веранды наткнулся на отца. В его объятиях была женщина. Я не сразу сообразил, что происходит, и успел окликнуть его, поэтому не имел ни одного шанса уйти незамеченным. От этого зрелища глаза лезли на лоб, и я на пару секунд просто забыл, как дышать. Это была молодая девица, я узнал её! Этим летом она несколько раз приходила к деду, Света её звали. Потом, уже при родителях, она тоже бывала у нас.

— Что ты тут делаешь? — только и сказал отец.

Я даже отвечать не стал, рванул с места и понесся домой, к матери. Как ноги не сломал, непонятно. Я не бежал, но мчался на такой бешеной скорости, что несколько раз буквально пролетал расстояния, запинаясь. А зайдя в дом, громко грохнул дверью, стёкла в старых рамах задрожали.

— Ты чего устроил?! — вскричал дед, выйдя из спальни, почти трясясь от злости, видимо, испугался грохота или что повылетают стёкла.

— Отстань! — крикнул я в ответ.

Мама забежала в дом из сада, в глазах стоял испуг.

— Павлик, что случилось?

— Он там с другой бабой! — прокричал я.

Я просто не мог себя контролировать, помню, как орал на всех, орал каждое слово, которое произносил, меня разрывало на куски изнутри. Это бомба, которая взорвалась внутри меня. Мама ошеломленно осела на ближайший стул, обе руки испачканы в земле, в одной она держала тяпку на длинной ручке. Глаза огромные. Мне было так её жаль, но я не мог остановить то, что происходило.

— С какой другой? — тихо спросила она.

— Которая шастала тут, высокая! — я посмотрел на деда, потому что знал, что он поймёт, о ком я говорю.

— Гад, — прошептала мама.

И в этот момент вбежал отец, красный и потный. Начал кричать, что я не так всё понял. Мать кричала ему в параллель, что он — гад, и замахивалась металлической тяпкой, а мы с дедом вдвоем пытались остановить её и отобрать оружие. Дедушка тоже кричал, что мама сама во всем виновата. И я кричал, чтобы не трогали мать. Это был абсолютный ад!

— Я просила тебя! — почти ревела она. — Я столько раз тебя просила! Зачем она приехала опять?!

Я застыл, вдруг поняв, что она знает обо всём. Помню, как стоял там со скрюченным лицом, поворачивая голову от одного к другому, пока они резали меня на части.

— Да это не она! Это Светка!

— Светка?! — возмутилась мама, глядя на меня, как будто это имеет принципиальное значение. Я только кивнул: уж не знаю, о ком говорили они, но та, которую видел я, точно — Света.

— Идиоты, — проворчал дед, выходя из кухни, — ох, идиоты!

— А она где?!

— Кто она? — простонал я со своего места.

У меня раскалывалась голова, болели ноги, и я почему-то не чувствовал рук, наверное, после борьбы за тяпку.

Отец клялся, что не знает, где другая (кто?). Мать кричала, что ему наплевать на её просьбы и мнение, чтобы собирал вещи и валил к ней. Он повторял, что не может это прекратить, что она не понимает и не хочет понимать. Потом он наконец посмотрел на меня и, вероятно, увидел выражение моего лица, потому что вдруг решил, что и я должен получить объяснения, а не только мама.