Книга При дворе Медичи, страница 60 – Карл Берков

Федерико взял предложенный стакан с вином и, подняв голову Джианины, поднес его к ее губам, стараясь между тем дать хозяйке возможно более правдоподобное объяснение.

Крестьянка несколько раз покачала головой; она, очевидно, не сомневалась в истине его слов.

— Вашего коня мой муж поймал и поставил в стойло, – сказала она. – А вот лошади, на которой была синьора, нигде не видно. Может, лошадь утонула, а может, выбралась на другой берег.

— Она и не нужна нам сейчас, – возразил Федерико. – Донна Джианина не в состоянии ехать верхом. Если мы не найдем здесь носилок, мне придется взять ее на свою лошадь.

— Доменико сходит к кому-нибудь из соседей или, может быть, вы сами желаете?

— Нет, нет, я боюсь хоть на минуту оставить мою жену одну.

Крестьянка нашла это естественным. Ей нравилось, что красивый, знатный господин, только что подаривший ее мужу полный кошелек серебра, так заботится о жене.

Сторож показался у двери, и Федерико вышел потолковать с ним о том, как доставить больную в город. Жена сторожа осталась с Джианиной, чтобы помочь ей переодеться.

— Ваше чудесное платье, благородная госпожа, едва ли просохнет сегодня, – говорила она при этом. – Скажите мне, куда принести, и вы получите все в целости.

— Это не нужно, – ответила Джианина. – Вы можете взять все это себе и продать, если хотите.

Крестьянка всплеснула руками.

— Это прекрасное, шитое серебром платье я могу взять себе и это тонкое белье?.. Не может этого быть! И ваш супруг, наверное, не согласится.

— Он сам вам подтвердит это. У меня много таких платьев.

— Ваш муж, должно быть, не только добрый, но и богатый, – заметила жена сторожа. – А как он любит вас! Если бы вы видели, как он беспокоился, когда нес вас сюда без чувств, и как благодарил Бога, что вы еще живы! Да, да, ангелы на небесах должны радоваться, когда такие хорошие люди сходятся вместе и так любят друг друга.

Простосердечные слова довольной женщины заставили болезненно сжаться сердце Джианины. Она поняла, что Федерико назвал ее своей женой, чтобы не вызывать никаких подозрений у хозяев сельского дома. Теперь же ее огорчало, что пришлось обмануть этих простых людей.

С помощью хозяйки Джианина переоделась в крестьянское платье и бессильно опустилась на стоявшее в комнате деревянное кресло. В голове стучало, и ноги подкашивались.

Федерико вернулся и улыбнулся, увидев преображение возлюбленной.

— Ты была бы прелестной пастушкой, – сказал он, наклонившись к ней. – О, если бы мы оба были бедны и жили в такой же хижине, имея вместо богатства только право принадлежать друг другу!

Джианина склонила голову на его плечо.

— Если бы мы умерли вместе, это была бы прекрасная смерть, – тихо прошептала она. – Помнишь, как в стихах у великого Данте? Согрешившие влюбленные не разлучаются даже в аду.

Юноша ничего не ответил. Джианина была спасена, и он мог держать ее в объятиях. Смерть еще не имела права на эту дорогую жизнь, и он был счастлив.

Жена сторожа приблизилась к ним.

— Носилки готовы, господин. Вам надо поторопиться домой. Ваша жена, кажется, больна.

— Джианина, дорогая, милая, ты очень страдаешь? – с испугом спросил Федерико.

Она покачала головой и, успокаивая его, добавила:

— Нет, нет, не бойся, я только устала, страшно устала.

Отказавшись от помощи хозяйки, Федерико взял на руки Джианину.