Книга Всё начинается с нуля, страница 124 – Ания Сказ

— Каждый ведёт себя как будто он один здесь корень Эходрева. — Поддакнул его приятель.

Оба переглянулись, говоривший, чуть кивнул головой в сторону Улимы.

Та в долгу не осталась. Приосанилась и громко поинтересовалась у Кирэля, сверлившего парочку нехорошим взглядом. — Эти что, тоже в храме живут?

Кирэль заметил боевой настрой подруги и весело подмигнул ей через плечо, — боюсь эти невежды не понимают тебя, Улима, — пробасил он на эльфийском. А затем быстро добавил уже на человеческом языке, — не трать на них силы, человеческая речь у местных не в чести.

Лица местных вытянулись. Но связываться с мощным северянином у субтильных эльфов не было никакого желания.

Из деревянной будки возник смотритель, с растрепанными ото сна волосами и пригласил всех на борт.

За семь витков Лайтелин, с каждого, мы получили право разместиться на жестких деревянных лавках без спинок. Покрытых скользким блестящим лаком. Радовало одно, рост и габариты большинства эльфов здесь, конечно, учитывались и не приходилось массировать спину впереди сидящего собственными коленями. Зато Шарин наверняка бы чувствовала себя здесь крохотным мышонком, в великаньем царстве.

— В предгорьях Иллувалинора находится очень много поселений. Там живут не только послушники и ученики храма, но и простые эльфы. — Вещал Кайвин полушёпотом.

Я с сожалением поглядел на окошки вагончика, такие малюсенькие, что разглядеть пейзаж за ними, да ещё в темноте, было решительно невозможно. Однако двоих эльфом, оказавшихся вместе с нами в вагонетке, сей факт нисколько не смущал. Они старательно делали вид, что увлечены местными красотами.

Человеческая речь из уст любого, кроме Улимы, вызывала мелкие нервические подергивания на их лицах.

Местные явно не понимали ни слова из нашей беседы и можно было не опасаться задавать любые провокационные вопросы, — а разве эльфы не благоволят половинцам женского пола? Вроде демографическая обстановка должна обязывать? — Обратился я к Кайвину, припомнив недавние пренебрежительные высказывания в сторону Улимы.

— Не в этих местах, — он иронично улыбнулся. — Местные общины эльфов очень набожны и считают, что любые сношения с людьми только ещё больше разгневают богов и усугубят ситуацию. По их мнению, чтобы сохранить чистоту крови нашего древнего народа мы должны сплотиться и как в незапамятные времена жить большими семьями, где все было общим, включая женщин. Тогда благодать снова придёт в эти земли, и эльфы перестанут вымирать.

Услышав столь поражающую точку зрения, Улима молча переводила взгляд широко раскрытых глаз то на Кайвина, то на эльфов, сидящих на другом конце вагончика.

Чем выше взбиралась наша вагонетка, тем круче и неустойчивее становилась дорога. Несмотря на проложенные в камне рельсы и очевидную магию, возок трясло и подбрасывало так, что удержаться на скользких лавках становилось практически невыполнимой задачей. А уж вести беседу тем более.

После особенно сильного рывка, Улима ойкнула и свалилась под ноги Кайвину. Тот зашипел от боли, но тут же натянул на лицо вымученную улыбку, когда Улима, бормоча извинения в очередной раз опёрлась на его раненую ногу, чтобы подняться.

Мощным движением Кирэль втащил Улиму обратно на лавку, намертво прижав к себе.

В полёте она ещё разок проехалась носком туфли по увечной ноге Кайвина и затихла. Пряча пунцовое лицо за растрепавшимися волосами.