Книга Попаданка в тело уборщицы. Хозяйка дворцовых тайн, страница 84 – Виолетта Вейл

Вот теперь я всё-таки невесело усмехнулась.

Кайрен опёрся ладонями о край стола и наклонился чуть ближе.

— Запомни одно, Мара. Сегодня ты выжила не потому, что повезло. А потому, что вовремя поняла, чего они хотят. И сломала им тишину. Это важно.

— И что теперь?

— Теперь они знают, что ты не просто неудобная служанка. А ты знаешь, что они начали торопиться. — Он выпрямился. — Значит, мы тоже перестаём играть в осторожность так, будто у нас впереди месяцы.

Я посмотрела на разбитое стекло, на лужицу состава, на пыльные листы по полу и почувствовала, как внутри медленно встаёт что-то твёрдое. То, чего раньше не было. Не страх выживания. Не инстинкт спрятаться. А злое, ровное понимание: если они уже готовы были закрыть дверь и начать чистить меня, значит, я перестала быть случайностью. Значит, я уже мешаю. И именно это делает отступление невозможным.

— Тогда у меня тоже есть, что сказать, — произнесла я.

Кайрен вскинул взгляд.

— Говори.

Я встала. Медленно. Ровно. Внутри уже не дрожало. Наоборот — становилось пугающе спокойно.

— Они думают, что я всё ещё серая мышь, которую можно прижать в архиве, попугать Орвеном и взять мягко. Хорошо. Пусть думают. — Я посмотрела на дверь, за которой исчезли канцелярские. — Но если уж они начали сверять выживших, списки, старые смены и архивы, значит, им важно понять, сколько мы знаем и где именно копаем. Тогда пусть копают в нужную сторону.

Кайрен молчал, слушая очень внимательно.

— Ты хочешь подбросить им ложный след, — сказал он наконец.

— Да.

— Какой?

Я уже знала ответ. Он пришёл почти сразу, как только в архиве хлопнула дверь за ними.

— Не тащить всё к западному крылу, — сказала я. — Наоборот. Пусть решат, что я услышала или нашла что-то в хозяйственных списках. Что цепочка идёт через переводы служанок, а не через старые ритуальные комнаты. Тогда они кинутся чистить людей и бумаги. А мы получим время внизу.

Кайрен смотрел на меня долго. Очень долго. Потом уголок его рта чуть заметно дрогнул.

— Это опасная мысль.

— Знаю.

— И хорошая.

— Тоже знаю.

Он выдохнул, почти как человек, которому уже поздно надеяться на спокойную жизнь.

— Ладно. Тогда действуем так. Но аккуратно. Никаких новых самовольных рывков в архивы без меня.

— А старые считаются?

— Мара.

— Всё, молчу.

Несколько секунд мы просто стояли среди разгрома и пыли, слишком близко к тому моменту, после которого уже нельзя делать вид, будто всё ещё можно откатить назад. Потом Кайрен подошёл к двери и распахнул её.

За ней, как и следовало ожидать, стояли Бренна и Тора. Не вломились, не подняли шума, не потребовали объяснений. Просто ждали. Бренна перевела взгляд с Кайрена на меня, потом на разбитое стекло у меня за спиной.

— Ну? — сказала она.

Кайрен ответил первым:

— Недоразумение. Я беру это на себя.

Тора фыркнула так выразительно, что даже стража бы поняла: в «недоразумение» она верит примерно как в святость придворных счетоводов.

Бренна же смотрела не на него. На меня.

— Ты идти можешь?

— Да, госпожа.

— Тогда пойдёшь со мной.

Это был не приказ. Почти — спасение, замаскированное под грубость.

Я кивнула и уже шагнула к выходу, когда Кайрен тихо произнёс мне вслед:

— Вечером. У старой комнаты.

Без имён. Без лишних слов. Я не обернулась. Только едва заметно наклонила голову.