Книга Сокровище для крылатого, страница 16 – Ингрида Пюли

— Ты сомневаешься во мне? Думаешь, что я тебя опозорю?

— Дай мне руку.

Он стянул перчатку и протянул ладонь, и я, не задумываясь, проделала то же самое. Как только наши пальцы соприкоснулись, я ощутила лёгкий жар на коже и неприятное покалывание. Оно молнией пробежало от пальцев вверх по руке, вздыбила волоски на задней поверхности шеи, будто прикосновение невидимой руки, пробежалось вниз по позвоночнику и затихло в области сердца.

— Почувствовала?

— Что это? — выдохнула я, вдруг отдёрнув руку. Мои пальцы ещё хранили его тепло, его жар, часть которого теперь поселилась и во мне.

— Это она. Драконья искра, — Рейнолд улыбнулся тепло, будто мы добрыми приятелями. Я никогда не видела его черты настолько мягкими, и вовремя взяла себя в руки, чтобы не прикоснуться к ним. — Совсем скоро она вернётся навсегда. Завтрашний вечер, уверен, будет решающим.

Я кивнула и услышала то, что вмиг заставило меня очнуться от грёз.

— И ты будешь богата и свободна, Оливия.

Странное чувство — свобода. Я одновременно ощутила себя опустошённой, выброшенной-таки на обочину ненужной более куклой и одновременно почувствовала облегчение.

Смутное, почти неуловимое. Как пёрышко, подлетевшее вверх от дыхания человека.

Последние дни я чувствовала себя в тисках: что-то такое непривычно жаркое и тесное поселилось в груди, оно мешало дышать, радоваться предстоящему богатству, заставляло с тревогой и нарастающей грустью ожидать неминуемой разлуки. Хуже того, я ловила себя на том, что стремлюсь нравиться своему нанимателю.

— Ты не рада?

— Рада, просто опешила, — произнесла я. Ещё немного, и я могу ни с того ни с сего расплакаться, но такого удовольствия я ему не доставлю. Ни ему, ни его невесте. — Мне обязательно завтра быть на празднике?

— Всенепременно, Оливия, — кажется, он сдерживал улыбку, а мне захотелось сказать что-нибудь гадкое. — Не зря же мы купили тебе столько прекрасных нарядов? Все они, разумеется, останутся тебе.

— Не уверена, что захочу их забрать. Я теперь богата, могу сама выбирать и оплачивать себе наряды, а эти, — тут я остановилась, чтобы собраться с духом и преодолеть страх оказаться стёртой в порошок. Но обида была сильнее. — Эти будут мне напоминать…

Слово я так и не подобрала, зато Рейнолд это сделал за меня.

— О том, что была нищенкой? Не беспокойся, Оливия, ты полукровка, драконья гордость тебе не присуща.

Я вспыхнула, будто он меня ударил наотмашь. Все колкие слова, вертевшиеся на языке, вдруг смешались в багровый шар, расцветший перед глазами.

Я так ничего и не ответила. Отвернулась к окну и просидела, сцепив руки между собой, моля Богов, чтобы скорее добраться до дома. Рейнолд, к счастью, не делал попыток заговорить. Мои руки и губы дрожали, багровый шар распался на множество осколков, затуманив картинку за стеклом экипажа.

Обычная история. Никогда не думала, что я буду пытаться сдержать слёзы в тот самый момент, когда стала богатой. Почти стала.

Почти осталась с наследством, которого меня лишили, которое бы было моим, если бы не таинственная фигура покровителя мачехи. Мне следовало быть благодарной, а я не могла унять жар внутри. Если бы я была драконом, то спалила бы завтра особняк именинницы дотла!

Рейнолд соизволил протянуть руку, чтобы помочь выйти. Поколебавшись, я подала ему свою и очутилась в пасмурном летнем дне. Кажется, собирался дождь. На Рейнолда я не смотрела, всё, чего мне хотелось, это остаться одной.